Когда небо окончательно спеленал мрак, мы расселись у костра. Ночь становилась темной, и можно было не опасаться, что кто-то разглядит дым. Киан вначале спокойно сел напротив, но потом — словно опомнился — отодвинулся подальше. И даже не накинул одеяло на плечи, хотя становилось прохладно и изо рта вырывались клубочки пара. Над огнем на вкрученных в сухую почву деревянных ветках зажаривались скудные запасы безвкусного мяса. Все так же молча открепляя от отрезанных в пути гибких веток полосы зеленой коры, я скручивала их в два жгута и сплетала между собой. Должна была получиться добротная тетива для лука. У ног лежали заостренные обожженные стрелы. Оставалось набрать перья, только поблизости я еще не увидела ни одного пернатого. Но как бы сильно я ни старалась думать о выживании, мысли все равно возвращали меня на несколько часов назад. Маук, Служба, Нордон… Смерть. Мы спасли два десятка жизней, а убили тысячи. «Ты знала, что так и будет», — произнесла темная часть меня ненавистным голосом Роверана. И вот все тот же невысказанный вопрос: стоила ли робкая надежда такой жертвы?
Ариэн как-то слишком сосредоточенно смотрел в мою сторону, но как будто сквозь меня. Свет костра выхватывал из мрака его лицо. Пустота в глазах и ни одной эмоции. Словно не было нашего разговора, словно после полного поражения те слова потеряли какой-либо смысл.
Лица Киана я не видела: он ссутулился и низко-низко опустил голову. И не понять даже, то ли демонстрация покорности, то ли отпечаток отчаяния. Когда я смотрела на них, хотелось волком выть, потому что становилось только тяжелее. И как вообще можно что-то обсуждать, когда последствия наших, как казалось, единственно верных решений, до сих пор догорали где-то за линией горизонта?..
Я стиснула зубы и едва не порвала липкие от сока недокрученные жгуты. Наружу просилась злость, но для нее было совсем не подходящее время.
— Что… — Ариэн прокашлялся, не отрывая взгляда от моих рук, — мы будем делать дальше?
Киан от этих слов чуть поднял голову и почему-то поморщился. Значит, самое время поставить все на свои места. Я больше не отступлюсь, я пообещала, Ариэн это знает. Но Киан… Он ничем мне не обязан и, будучи свободным, не должен опять подчиняться моей воле, если сам этого не захочет. Конечно, не захочет, но спросить все равно стоило. Пусть знает, что я даю ему выбор. Я пойму его отказ, особенно после того, что случилось по нашей вине.
— Для начала… нужно решить, что значит «мы».
Я придвинулась вперед, через огонь разглядывая Киана. Он с непониманием поймал мой взгляд какими-то пустыми глазами. «О чем же ты думаешь?» — прошелестел невысказанный вопрос. Слишком далеко он сидел, чтобы я могла попытаться это угадать. Или просто побоялась постараться: вдруг увижу там его разочарование. Но он только поджал потрескавшиеся из-за жары губы.
— Киан, ты не обязан оставаться, — правильные слова никак не приходили на ум. Хотелось сказать так, чтобы понял, но и без упоминания о его недавнем статусе. Это должен быть целиком его выбор, раз он решил, что я… — и не должен…
В его взгляде промелькнул какой-то нездоровый блеск, и я остановилась. В любом случае, он абсолютно правильно понял мой вопрос, но отвечать не спешил. Молчал долго, только теперь не опускал голову. На его лице сменилось много эмоций, и природу их происхождения я не понимала. Ведь совершенно точно дал понять, кто я для него, так что ни на верность, ни на простое человеческое доверие я уже не рассчитывала. Хотелось, чтобы добровольно, по своему желанию, а не потому, что напоминают о себе насильно вбитые много лет назад инстинкты.
И даже так дело было не только во мне: я только посредник, хотя здесь вряд ли знают такое слово. Но по сути важна была только одна жизнь — Ариэна. Он словно последний уголек в пепле. Может быть, если Киан тоже в него верит так сильно, как верю я, то будет терпеть и меня. Нужно было реально смотреть на ситуацию, пусть даже ее видение приносило только боль. И я смотрела. Возможно, если он решит уйти своей дорогой, мне станет легче сосредоточиться на цели. Чтобы перед глазами не маячило напоминание о моих грехах.
Киан последний раз смерил меня и Ариэна очень странным взглядом, но совсем не отсутствующим. Он точно знал, чего хотел.
— Я остаюсь.
Кажется, несмотря на голос разума, я ощутила разочарование. Все-таки дело во мне. Но хорошо. Если ради общего будущего Киан готов терпеть мое присутствие, и я смогу молчать в ответ. Надеюсь.
Мы.
Мы-мы-мы…
Она так непринужденно произнесла это словно, словно и я что-то для Нее значу. И почему-то посмотрела на меня. Я для тебя лишний меч, который совсем не время терять? Запасной план, если понадобится отвлечь внимание преследователей? От злости захотелось треснуть обо что-нибудь так крепко, как только позволят кости.
Я ведь тоже человек, помнишь?
