Я убедилась в правдивости своих мыслей, когда он быстро отвел от меня взгляд и нервно расправил изрядно помятый мундир, который, оказывается, так и не сменил, пока была возможность. Как в воду глядел.
— Приносим извинения, но здесь рядом граница, много сброда по ночам, — быстро и бесцветно отчитался командир, с досадой глядя на подчиненных. Знакомая сцена: имперские солдаты и офицеры всегда болезненно реагировали на появление стражей Службы, чей статус определялся на порядок выше их. Вдобавок стражи всегда имели право карать и убивать всех, кто мешает выполнению миссии. Так что при любой возможности, кроме границ, нас очень старались избегать. Главное, чтобы и сейчас командир скорее ретировался, не требуя приказ о назначении и вольные грамоты.
Но мужчина не спешил уходить. Вложил меч в ножны, еще раз опустил к свету плотный конверт, долго рассматривая на правом верхнем краю подпись, и наконец отдал Эрду.
За спиной зашевелились кусты, тихо-тихо под солдатскими сапогами захрустел еще не примятый снег, и вскоре ничто, кроме остывшего пролитого супа не говорило о том, что мы были на волосок от смерти. Я вдруг ощутила, как сильно вспотели руки, мышцы чуть подрагивали от напряжения. И этот взгляд. До дрожи знакомый взгляд, который так долго снился мне в кошмарах даже столько лет спустя.
— Все, они ушли, — прошептал Ариэн, вставая и неуверенно оглядываясь вокруг.
Эрд молча прятал депешу, опустив голову так, чтобы скрыть от меня лицо.
— Так мы виделись в Нордоне, верно? — зная ответ, все же спросила я. Эрд вздрогнул, но глаза не поднял.
— Да, несколько раз. Впервые — когда куратор встречал вас у постоялого двора, — он глянул на Ариэна, не меньше удивленного ситуацией. Видимо, он, как и я, тоже не знал, как к этому относиться, хотя я была точно уверена, что пробежится по его воспоминаниям, прежде чем довериться. В худшем из вариантов такая неосмотрительность могла закончится местной тюрьмой или Ботфордом, из которых мы бы никогда не вышли. — Но я не обманывал, — твердо произнес Эрд, рискуя встретиться со мной взглядом. — Правда хочу искупить все, что случилось из-за меня.
Мы втроем медленно вернулись к огню, и Эрд тихо продолжил:
— Со стороны мне все казалось правильным. Но я начал сомневаться, когда Хантан в ночь перед второй казнью доверил мне депешу и велел мчаться в Калт и столицу как можно быстрее. Я не знал, что среди осужденных есть женщины и дети, уже после — у кочевников — мне рассказал Киан, — обрывая повествование, прошептал Эрд и покачал головой, сомкнув веки. — Я отдал депешу коменданту Калта, но не знал, что там… А потом начался ливень, и я сбился. Когда… Мия меня выходила, я был просто по-человечески благодарен. Но что-то заставило меня вскрыть оставшийся конверт. Тревога. — Я вспомнила гладкую нетронутую, как показалось со стороны, печать, скреплявшую края бумаги. — Я сделал это аккуратно, меня научили.
Все мышцы в теле болезненно затвердели и напряглись от тех воспоминаний. Ночь, когда я под присмотром куратора воткнула в глаз Ариэна раскаленное железо. Болезненное ожидание показательной казни на рассвете. Конечно, уже тогда куратор если и не знал, то догадывался, к чему все идет.
— Куратор требовал немедленно прислать солдат с пограничного гарнизона, чтобы зачистить город от ополченцев и… сопроводить брата Императора до столицы, — Ариэн несколько раз качнул головой. Жалко, я не видела его лица. С другой стороны, если Эрд сразу уловил связь, мог попытаться поставить мысленный блок на такие воспоминания, а Ариэн слишком отвык использовать силу, чтобы почувствовать препятствие. Надо было сразу убедиться самой, а не играть в прятки.
— Да, я понял, что имя — не просто совпадение. Но тогда меня больше потрясло не это. Целый город… пара тысяч человек… И они все должны просто… умереть, потому что среди них оказались несогласные? В депеше Роверану дважды подчеркнуто указание, данное коменданту Калта: сжечь дотла. И прислать еще подкрепление из регулярной армии, чтобы проверить все близлежащие города. Но наш долг защищать порядок и людей, а не… — Эрд замолк, смотря на огонь. Ариэн подкинул пару поленьев, но не сказал ни слова.
Я очень хорошо понимала эти ощущения, когда даже себе признаться сложно. В сущности, до Нордона я выживала из себя любые сомнения, касающиеся данных сверху приказов. Наверно, если бы не первая попытка Ариэна обменять свою верность на жизни осужденных, я бы не отправилась на площадь, не попалась бы на глаза Мауку. Ничего этого бы не было, и город до сих пор существовал. Но нет, мы спровоцировали бунт, а Эрд — один из тех, кто доложил о нем.
Я поджала губы, прикрыв глаза. Не стоило ворошить уже случившееся. По крайней мере, мы выбрали правильную сторону и отстаивали правое дело. Но вина так просто не желала уходить, в этом смысле мы все на одно лицо.
