— Уходите, ваша светлость, — сказал Кастедар. — Сейчас здесь будет мокро. И вам всем тоже лучше будет уйти.
— Хей! Ваша светлость, мы что, пришли сюда москитов покормить? — возмутился командир.
— Верно! У меня ружье чешется! — добавил один из команды. Анхельм перевел растерянный взгляд на Кастедара.
— Парни… — подала голос Чес, которая провожала взглядом келпи, — лучше бы вам проверить заряжены ли ваши винтовки.
Она указала на стену. Анхельм увидел, что у ворот движется нечто коричневатое, но не мог разобрать, что там. Но, похоже, что толпа народа двигалась к ним. А вот Фриса видно не было, келпи исчез.
— Всем наизготовку! Занять позиции! Группы по четыре, в леса! — скомандовал командир, и солдаты бросились исполнять приказ, на ходу натягивая шлемы, которые сняли на время привала. — Мы не успели. Они вышли!
Анхельм даже сообразить не успел, что происходит, а Кастедар уже вел его к тому месту, где остался Гальярдо с полицейскими.
— Лошадь герцогу! — потребовал он. Через мгновение Анхельм уже сидел на коне вместе с Кастедаром.
— Что произошло? — встревожился Гальярдо.
— Они вышли из города, их слишком много. Я обязан обеспечить безопасность герцога. Остальное — ваша проблема, — ответил демон и пустил лошадь в галоп.
— Кастедар! — закричал Анхельм. — Мы должны вернуться! Мы не можем бросить их на смерть!
Демон даже головы не повернул. Раздались выстрелы и крики.
— Да слышали вы меня или нет?! Поверните назад, сейчас же!
— Не путайте меня с Рин Кисеки, ваша светлость, — бросил Кастедар.
— Я приказываю вам повернуть назад!
— Я не подчиняюсь вашим приказам.
— Гальярдо остался там! Он тоже герцог! Его нужно спасти!
— У него есть охрана и лошади. А теперь замолкните или я заставлю вас замолчать.
Герцогу не осталось больше ничего, кроме как подчиниться. Несмотря на то, что они удалялись от места боя, звуки баталии становились лишь громче. А еще зашумела вода, словно где-то рядом протекала бурная река.
— Фрис… — прошептал Анхельм, оглядываясь назад. — Что он там делает? Нам нужно вернуться!
— Да чтоб тебя! Ну, я предупреждал, — проворчал демон. Вдруг Анхельм почувствовал страшную слабость, его глаза закрылись сами собой, вокруг все почернело, он потерял сознание.
*~*
Очнулся он в незнакомом месте. В глазах плыло, во рту пересохло, голова раскалывалась на части. Анхельм с трудом приподнялся на локтях и сел.
В небольшой комнате все было деревянным, без изысков, но красивым. В одном углу стоял письменный стол, рядом с ним — стол и кресло; в другом углу — рукомойник. Маленькое окошко, под ним — чемоданы, в которых он узнал свой багаж. А за окном раскинулась безбрежная синева океана. Анхельм подошел, выглянул и понял, что корабль уже очень далеко от островов.
— Кастедар! — крикнул он. В дверь постучали, и вошел демон. Лицо его выражало спокойную уверенность, и это так бесило, что Анхельм с удовольствием разорвал бы его на маленькие кусочки.
— Очнулись, ваша светлость?
— Как это, спали вас дракон, прикажете понимать?!
— Как хотите. Можете понимать как то, что ваши дела на острове завершены, и вы с чувством выполненного долга отплываете дальше, навстречу новым подвигам. Можете понимать как то, что мне надоело ждать, пока вы разберетесь с каждой мелочью и поговорите с каждым несчастным и обездоленным.
— Сколько дней мы в пути?
— Добро пожаловать на борт корабля «Висперия»! Сегодня седьмое февраля, среда. Свежая пресса лежит на столике. Ваша одежда в шкафу, выстирана и выглажена. В винном шкафу вы найдете бутыли с водой, вон в том буфете — свежие фрукты. Через час нас позовут к столу, на обед будет рубленый золотой марлин с имбирным соусом. Температура за бортом тридцать шесть градусов по шкале Лапеля, ветер попутный. Ожидаемый день прибытия в Магредину — девятнадцатое февраля, понедельник.
Сообщив все это огорошенному герцогу, демон вышел, аккуратно прикрыв за собой дверь. Анхельм подошел к кровати и бессильно упал на нее, издав тихий стон. В этот момент ему показалось, что жизнь кончена. Чем закончился бой? Что стало с островом? Кто будет управлять полицией? И есть ли такие же вооруженные формирования на других островах? Или только Лейгес был лагерем?
От мысли, что по приезде в Соринтию его ожидает длинный и тяжелый разговор с дядей о том, что он наворотил, у герцога задергались и глаз, и щека.
И где ходит Фрис?!
Конец этой длиннющей четвертой главы!:D
