- Пойдём в подвал, вскроем тайник и попытаемся снять чары.
Люциус опустился на софу, скрестил руки на груди.
- Если у нас не получится… С Асторией всё будет нормально, вдали от дома?
Конечно, нет. Не сразу, но оно её достанет.
- Не знаю. Вряд ли, - Билл осторожно присел рядом. – Здесь находится источник чар, но связаны они не с домом и не с местом, они держатся на вашей крови. Но у нас всё получится.
- Как ты намерен действовать?
- Так же, как и всегда, проведу обряд. Нужно начертить Разбивающий знак и сбрызнуть его специальным зельем. Вон тем, - он махнул рукой в сторону ряда флаконов.
- А зачем так много?
- Это основа. К ней добавляются определяющие компоненты – кровь дракона или там желчь мантикоры. Разные зелья для разных проклятий.
Люциус помолчал, хмуря брови.
- Если я хоть что-то понимаю, - сказал он наконец, - то для снятия этих чар нужна наша кровь. Так?
- Может быть. Но сначала я попробую все мало-мальски подходящие комбинации. Ты сам знаешь, насколько опасна и нестабильна кровь мага. Вообще, подобные операции проводятся под контролем министерства…
- Никакого министерства, - вскинулся Люциус. – Билл, я не могу допустить, чтобы всё это… - он беспомощно взмахнул рукой.
Ну конечно. Билл знал, что так будет. Да чего там, он на месте Люциуса поступил бы так же. Очень многие с удовольствием позлорадствуют над Малфоями – кровавое наследие славного рода, древо с гнилыми корнями. Бросить своё имя на растерзание толпе любопытных зевак, носить клеймо проклятого рода - невозможно. Он это понимал, но…
- Люциус. Послушай меня, - Билл не смотрел на него, стараясь говорить спокойно и убедительно. – Эти чары не просто сильны, они ещё и абсолютно непредсказуемы. Кое-что я могу сделать, но в определённый момент мне может потребоваться помощь. Я попрошу своих друзей, и они ничего не расскажут об этой истории, обещаю. Тут мы не можем рассчитывать только на себя, пойми.
- Хорошо.
- Э-э… Что? – Билл повернулся к нему, не веря своим ушам. Он не ожидал, что Люциус так легко согласится.
- Я говорю: хорошо. Ты прав. Я знаю, что… Я доверяю тебе.
Билл молчал, не зная, что сказать.
- Мы не можем пойти туда прямо сейчас?
- Что? Нет! Пытаться снять тёмные чары ночью - нет, конечно!
- Но Астория…
- Люциус, если нас прихлопнет в каком-нибудь каменном мешке, мы точно ей не поможем, - он придвинулся ближе и тронул его за руку. – Время есть, мы успеем.
- Да, ладно. Хорошо.
Они помолчали. Вдруг Люциус резко поднялся, подошёл к столу. Его взгляд рассеянно блуждал по кабинету.
- Ты знаешь, тогда, после войны… Мы ведь думали: всё закончилось, - он на миг закрыл лицо руками, а потом вновь обернулся к Биллу. Его голос понизился до шёпота. – Я так устал, Билл. Как же я устал…
Вот так. Без истерик и самобичевания, всего две фразы. Две простых фразы, которые ворвались в сознание Билла, оглушили, ослепили, прошлись острыми лезвиями, срезая старые шрамы, и написали сталью по живому лишь одно: чужая боль. Чужая боль, которая теперь больнее, чем своя, больнее, чем… что угодно. И ты осознаёшь, что готов на всё, лишь бы помочь, прогнать её. Во имя этого ты можешь убить, разрушить, можешь даже больше…
Он открыл глаза, медленно выдохнул. Люциус всё так же стоял, уперев немигающий взгляд в пол. Билл поднялся, подошёл к нему и положил руки на плечи.
- Пойдём в постель.
Тот поднял голову, поморгал, словно просыпаясь.
- Я… Боюсь, я сейчас не в состоянии…
Билл заставил себя улыбнуться. Губы дрожали, но он знал, что его голос будет ровным.
- В постели иногда просто спят.
Получилось: губы Люциуса тронула ответная улыбка – бледная тень обычной, но и её хватило, чтобы мир вновь стал цельным.
- С тобой я об этом как-то забываю.
Они прошли в спальню Билла, разделись - так же, как в прошлый раз, и при этом совсем по-другому, забрались под одеяло. Объятие – естественное, как продолжение их тел, и общее тепло, которое рассеяло подступивший мрак, пусть ненадолго, но… Они заслужили передышку. Вскоре Билл ощутил, что Люциус расслабился и задышал ровнее. Хорошо. Сам он лежал и смотрел в потолок, даже не надеясь на сон.
