Ничего удивительного, что уже 9-го числа Николай чувствует себя чуть ли не здоровым и совершает роковой шаг – отправляется на проводы гвардейских батальонов, отправлявшихся в Крым, на войну. 10-го тоже на ногах, выезжает из дворца в город. Вечером того же дня – появление подагрических болей и «лихорадки» (повышение температуры). Утром 11-го доктору Кареллю удаётся убедить Николая не вставать с постели и не посещать церковную службу. Царь соглашается в надежде, что уже завтра ему полегчает.
Но не полегчало. С 12-го февраля начинается развёрнутая картина пневмонии (воспаления лёгких): на фоне выраженной слабости появились приступы лихорадочного жара с ознобом. Частил пульс, при кашле возникали «боли в боку». Вскоре врачи проаскультировали (прослушали) выраженные хрипы в нижней доле правого лёгкого: то были явные признаки нижнедолевой пневмонии. Больше император с постели уже не поднимался. Последующие дни лихорадка и озноб стали бесконтрольными. Жить императору оставалось не так много…
Так, мы что-то пропустили. Предлагаю ещё раз пробежаться по хронологии болезни. Январь – начало; потом – постепенное ухудшение, связанное, прежде всего, с нарушением больным постельного режима. Когда 11-го числа Николай всё-таки «отлежался», назавтра ему действительно полегчало. И он, как мы помним, с утра даже отправился в Инженерное училище разбираться с комендантом – генералом Фельдманом. А по возвращении… Да, именно в тот день в Зимний дворец пришло ужасное известие о поражении русской армии под Евпаторией. Вот тогда-то Николай, будучи в подавленном состоянии, больше не выходит из кабинета…
Теперь проследим, что о болезни императора Николая I нам в эти дни сообщает камер-фурьерский журнал[114]: