Анна Тютчева: «Император скончался, по-видимому, в ту минуту, когда завершалась обедня. Выйдя из церкви, я вернулась в вестибюль, где уже толпился народ. Генерал-адъютант Огарев вышел из комнат императора и сказал: «Все кончено». Наступила жуткая тишина, прерываемая глухими рыданиями. Двери из императорских покоев распахнулись, и нам сказали, что мы можем подойти к покойному и проститься с ним. Толпа бросилась в. комнату умершего императора. Это был антресоль нижнего этажа, довольно низкий, очень просто обставленный, который император предпочитал занимать в последние годы своей жизни во избежание высоких лестниц, так как его парадные покои были на самом верху, над покоями императрицы. Император лежал поперек комнаты на очень простой железной кровати. Голова покоилась на зеленой кожаной подушке, а вместо одеяла на нем лежала солдатская шинель. Казалось, что смерть настигла его среди лишений военного лагеря, а не в роскоши пышного дворца. Все, что окружало его, дышало самой строгой простотой, начиная от обстановки и кончая дырявыми туфлями у подножия кровати. Руки были скрещены на груди, лицо обвязано белой повязкой. В эту минуту, когда смерть возвратила мягкость прекрасным чертам его лица, которые за последнее время так сильно изменились благодаря страданиям, подтачивавшим императора и преждевременно сокрушившим его, – в эту минуту его лицо было красоты поистине сверхъестественной. Черты казались высеченными из белого мрамора, тем не менее сохранился еще остаток жизни в очертаниях рта, глаз и лба, в том неземном выражении покоя и завершенности… Я поцеловала руки императора, еще теплые и влажные, и не ушла, а встала около стены у изголовья и оставалась тут, пока проходила толпа, прощаясь с покойником. Я долго, долго смотрела на него, не сводя глаз, словно прикованная тайной, которую излучало это красивое и спокойное лицо, и с грустью оторвалась от этого созерцания»8.
Если вы заметили, в воспоминаниях Анны Тютчевой промелькнуло имя фрейлины Нелидовой. Обойти столь одиозную, на мой взгляд, фигуру было бы несправедливо. Во-первых, эта женщина сыграла в жизни Императора-Триумфатора далеко не последнюю роль; а во-вторых, мне хотелось бы кое-что пояснить читателю, пусть даже если он эпоху «блистательного века» знает как свою собственную.
Дело в том, что Нелидовых в приватном окружении Романовых было как минимум две. А если вещи называть своими именами, то у Павла I, а позже и у его сына, ставшего императором Николаем I, – так вот, у обоих монархов в определённый период их правления имелась прочная любовная связь с одной из фрейлин Нелидовых. Другое дело, что это были совсем разные лица, хотя и близкие родственницы.
