При подавлении Кронштадтского мятежа Седякин, как мы знаем, командовал Южной группой войск 7-й армии (комиссаром группы был К. Ворошилов). При штурме крепости части Седякина (в состав группы входило до 13 тысяч штыков!) первыми ворвались в город. Именно он, командующий Южной группой, догадался поддержать пехоту лихой кавалерийской атакой, что и решило исход боя. После подавления восстания был назначен начальником Кронштадтского гарнизона, в чьём ведении было казнить-миловать бывших мятежников. Но для краскома Седякина намного дороже значило партийное доверие, вылившееся в награждении военачальника первым для него орденом Красного Знамени. (Этим же орденом за кронштадтский штурм наградят почти всех командиров частей и соединений, принимавших участие в операции по подавлению мятежа, в том числе – комиссара Южной группы Клима Ворошилова).
После известных событий в Кронштадте Александр Седякин будет назначен комендантом Петрограда (благо, опыт имелся: после взятия мятежного Кронштадта какое-то время исполнял обязанности коменданта крепости); позже – первым командующим Карельским фронтом. С 1924 года – командующий войсками Приволжского военного округа; с 1927-го – заместитель начальника Главного управления РККА, инспектор пехоты и бронесил РККА. В 1934 году станет заместителем начальника Генерального штаба РККА, инспектором высших военно-учебных заведений РККА (тогда же становится членом Военного совета при Народном комиссаре обороны СССР).
Супругой героя Гражданской войны была
«Большой террор» командарм II ранга Седякин встретит в должности начальника Управления противовоздушной обороны РККА. Его арестуют в декабре 1937-го, якобы за участие в троцкистском и военно-фашистском заговоре в Красной армии. Допрашивали и пытали; впрочем, как и прочих командиров-героев Гражданской войны. Жарким «расстрельным» летом 1938-го Седякина расстреляют сразу после вынесения приговора (по всей видимости, в подвале Военной коллегии Верховного суда на Никольской, 23.)
Валентину Седякину-Дыбенко расстреляют («за шпионаж») в конце августа 1938-го. В «женском списке» жён «врагов народа», подписанном Сталиным и Молотовым 20 августа, она будет под номером «4». Вместе с ней там окажутся Галина Егорова, Елизавета Косиор, Валентина Агранова, Инна Артузова, Евгения Эйхе-Рубцова и другие…
Тем же летом 1938-го вместе с Седякиным у расстрельной стены окажутся многие из тех, кто в двадцать первом вместе с ним штурмовал мятежный Кронштадт. Например, Андрей Бубнов, Витовт Путна, Алексей Перемытов, Александр Федько…
Если внимательно присмотреться к приказам по 7-й армии Тухачевского, связанными с распоряжениями в связи с кронштадтскими событиями, невольно натыкаешься на фамилию начальника штаба А. Перемытова. Кто он, этот начштарм-7.
Мировую войну Перемытов встретил слушателем Николаевской военной академии, откуда был мобилизован в свой полк. В 1917 году он уже капитан, незадолго до Октябрьского переворота переведённый в Генеральный штаб на должность старшего адъютанта штаба 4-й Финляндской стрелковой дивизии.
В апреле 1918 года бывший царский офицер добровольно вступает в Красную армию. С ноября того же года назначается начальником оперативного отделения штаба Южного фронта, через месяц – начальником оперативного управления штабов Южного, а позже – и Западного фронтов. Военспеца быстро замечают и вводят в состав Генштаба РККА.
С началом Кронштадтской эпопеи генштабиста Перемытова утверждают временно исполняющим делами (Врид) начальника штаба 7-й армии. За подавление «мятежа» на груди Алексея Макаровича засверкал престижный орден Красного Знамени. С тех пор Перемытов, по сути, бессменный начальник штаба окружного уровня: Северо-Кавказского, Московского, Белорусского. В период с 1932 по 1935 годы был преподавателем Военной Академии им. М. В. Фрунзе (по совместительству – начальником кафедры оперативного искусства).
