- Нет. Его не обмануть. Он будет терзать нас, пока на самом деле не сломает, не превратит в скотов... если мы раньше не наскучим ему... или уже не наскучили.
- И что тогда?
- Ничего. Мы просто останемся здесь, в этой комнате, - до тех пор, пока машины Мэйат смогут поддерживать в нас жизнь. Но поверь мне, они будут очень стараться, даже когда это потеряет всякий смысл. Не знаю, как со мной, но ты наверняка сможешь прожить тут лет... лет сто. А твоё тело проживет намного дольше.
Я невольно поёжился.
- Вряд ли, - сказал я. - Я очень хочу пить. Кстати, и есть тоже. А...
По полу прошло волнение. Потом из него выросла гибкая трубка и потянулась к лицу. Сплющившись до остроты ножа, она проникла между зубов, разжала их, - и в рот хлынула густая теплая жидкость. Ощутив её вкус, я сжал трубку двумя руками, и жадно глотал, пока желудок не наполнился. Тотчас трубка выскользнула из рук и ушла в пол, не оставив никакого следа. Взглянув на моё растерянное лицо, Анмай улыбнулся.
- Машины Мэйат ощущают нехватку питательных веществ в твоём теле. Вообще-то, они кормят лишь по просьбе, но если ты откажешься есть, тебя начнут кормить насильно. Их долг, - поддерживать жизнь... даже если она сама этого не хочет.
- И что же нам делать? - угрюмо спросил я. - То есть, я...
- Хочешь убежать? - закончил Анмай.
Я кивнул. Файа опустил ресницы и задумался.
- Знаешь, - тихо, словно во сне заговорил он. - С тех пор, как я вышел из про-Эвергета, я очень изменился. Я не понимаю всего, что происходит со мной, только чувствую. Иногда, в полусне, моё сознание словно отделяется от тела, хотя я продолжаю его ощущать. Короче, я могу видеть то, что происходит далеко от меня... ну, не дальше нескольких миль, иначе мне... становится страшно. Мой... я словно плаваю в воздухе, - только взгляд, тело остается на месте... тогда меня никто не видит. Но даже тогда я не могу проходить сквозь... плотные тела. Только через щели, отверстия... и чтобы заглянуть куда-нибудь, мне надо мысленно проделать весь путь от моей спальни до этого места... это быстро, но не очень. Я не чувствую запахов, но слышу звуки... правда, довольно слабо. А если очень постараться, я могу что-то сдвинуть... или поджечь... вдали от себя. Но это трудно...
- Это тоже
- Возможно. Я не знаю. Короче, перед тем, как... заснуть, я... путешествовал по этому месту. Я очень... устал после пытки, и смог увидеть немногое. Иситтала в соседней комнате. Она жива... хотя и ранена. Впрочем, сейчас это не главное. Наниты в моём теле похожи на те, из которых состоят эти стены. Они здесь не очень-то разумны, и если я постараюсь, то смогу открыть проход, - так, чтобы Ньярлат этого не заметил. Мне нужно попасть к Иситтале. Я хочу помочь ей...
Анмай закрыл глаза и сосредоточился. Я постарался даже не дышать, чтобы не помешать ему. Вначале не происходило ничего, потом в абсолютной тишине в металле стены появилось углубление, - словно на неё давило невидимое колено. Углубление становилось всё больше, и вдруг в стене возникло сквозное отверстие. Оно медленно расширялось, - словно ледяная плита протаивала под напором жара.
Я увидел такую же полутемную комнату, и у дальней её стены, - смутную фигурку. Иситтала полулежала, опершись плечами на металл, совершенно нагая. На её бедрах темнели глубокие раны, - но, тем не менее, она спокойно поглаживала их края, очевидно пытаясь с помощью приемов калиджат ослабить немыслимую боль.
Я вспомнил, что пришлось перенести мне, представил, что то же происходило и с ней, раненой, - и понял, что Ньярлат умрет. Пускай он бессмертный, - я всё равно заставлю его умереть. Или умру сам, пытаясь это сделать. Только так, - и никак иначе.
Когда Иситтала заметила меня, её глаза удивленно расширились. Почему-то отчаянно стесняясь своей наготы, я прижал палец к губам. Она кивнула, я нагнулся, и коснулся плеча Анмая.
- Иситтала? - файа попытался приподняться.
Я потащил его через дыру. Анмай шипел, стараясь не кричать, - любое движение причиняло ему дикую боль. Я мог оценить, чего ему это стоило, и сжал зубы.
Всё же, я дотащил файа до любимой... и растерянно застыл, не зная, что делать дальше. Они прижались друг к другу... шептались, - на родном языке Вэру, на котором прежде никогда не говорили в моём присутствии, и я вдруг ощутил себя лишним.
Я сел у дальней стены, с непонятным, мучительным чувством глядя на беззащитную наготу прижавшихся друг к другу тел. Меня переполняла жалость и, в то же время, страх. И ещё - мерзкое ощущение собственного бессилия. Теперь я сделал всё, что мог. Больше ничего делать не нужно... пока Ньярлат вновь не потащит нас на пытку. А пока можно сидеть у стены, упершись в теплый металл, уткнуться лицом в руки и упиваться сознанием собственного несчастья...
- Эй, - тихо позвал его Анмай. - Что там с тобой?
Я поднял голову. Отверстие в стене уже исчезло, - словно его вообще никогда не было. И даже если появится новое, - куда я смогу тут пойти?..
- Ничего, - ответил я.
