- Я могу расширить щель воздуходувки. Она вынесет тебя прямо в верхний ангар Центральной. Там есть... местный транспорт. Возможно, Ньярлат не успеет добраться туда, и ты сможешь попробовать... улизнуть.
- А зачем?
- Зачем? Зачем? Кажется, ты хотел сбежать? Твои шансы исчезающе малы, но всё же, не равны нулю. Надежда есть всегда... даже если мы её не видим. Видишь ли, Ньярлат не хозяин этого места. Здесь правят Мэйат. Они оставили здесь часть собранных ими... образцов, - те, которые не могли выжить в их Вселенной. Ньярлат добрался до некоторых из них. Если я не ошибаюсь, именно он сбросил тебя и твоего товарища вниз, к сурами, - просто ради развлечения. Он плохо знает вас, людей, думает, что ты ничего не понимаешь, и поэтому очень испуган.
- А как же ты?
- Я... мы ещё несколько часов не сможем двигаться. И потом, если мы сбежим, Ньярлат заметит это почти сразу. А твой побег он заметит лишь когда решит вновь тебя помучить. Я не знаю, когда это будет. Вряд ли даже он сам знает, что придет ему в голову в следующий миг. Запомни: он не может полностью контролировать это место. А ты ловок, умен, - и удачлив, что здесь гораздо важнее. Доверяй своим инстинктам, - они тебя не предадут... как меня. Там, наверху, есть машины... они не предназначены для людей, но ты сможешь ими управлять. Если ты сумеешь попасть внутрь Ворот, тебя понесет к Центру... Там... Иногда беззащитность вернее любой силы, - она рождает сочувствие там, где силу... убивают. Правда, очень редко... но ты найдешь путь... почувствуешь его...
- Но без тебя я не пойму, что делать. И... я не брошу тебя! Разве я... я... не твой друг?
- Друг. Но знаешь ли ты, кто я? Я сын террориста, казненного за государственную измену. Ни дня в своей жизни я не работал, - вряд ли занятия Единого Правителя можно назвать производительным трудом. У меня нет формального образования, я очень немногое умею. Даже законной жены у меня никогда не было, потому что в день брака моя первая любимая была несовершеннолетней. Я убивал людей, твоих собратьев, - убивал тысячами, миллионами, миллиардами, - потому, что мне это нравилось. И ты не хочешь бросать меня?
- Не хочу, - упрямо повторил я. - Я знаю, что ты, - мой друг, и не хочу становиться предателем.
- А жить ты хочешь?! - вдруг заорал Анмай.
- Хочу, - ответил я, и мои глаза вдруг защипало. - Но только не любой ценой.
- Хорошо. Но пока ты можешь, - ты должен бороться за своё право жить. Это куда лучше, чем тихо страдать. Так что ты или попытаешься спастись, или я не буду с тобой больше разговаривать. Никогда.
Я задумался... лишь на мгновение.
- Почему ты никогда не оставляешь мне выбора?
11.
Простившись с парой, я ловко нырнул в раздавшуюся воздушную щель. На животе, головой вниз, я соскользнул в идеально круглую зеркальную трубу диаметром в два моих роста. Синий свет прозрачных многогранников на потолке казался тусклым. Он дробился на покрывающей стены ряби, которая делала их неудержимо скользкими, - а вдоль этой трубы дул постоянный и притом очень сильный ветер. Я прикинул, что меня несет со скоростью километров сорока в час. Вообще-то, я здорово боялся, - труба могла резко повернуть вверх... или вниз, но надеялся, что Анмай хорошо изучил этот путь.
Меня крутило, как перо, и вдруг вынесло прямо на пол сумрачного помещения. Я покатился по мягкому металлу и тут же вскочил, осматриваясь. Зал был очень обширен, и не имел четкой формы, - он походил на внутренность мешка. Неровные серые стены слабо отблескивали в собственном свечении, словно серебристое сито, - в них уходило множество изгибавшихся труб. Оттуда то и дело доносились порывы то теплого, то ледяного ветра.
Я не слишком хорошо помнил, в какую лезть, но если я доберусь до цели, у меня появится шанс, - пусть очень маленький, но вовсе не равный нулю.
Я осторожно пошел вперед. Мускулы невольно напряглись, кожа с удивительной остротой ощущала и металл под босыми ногами, и причудливые течения воздуха. Отныне моя судьба зависела лишь от меня самого.
12.
Едва я добрался до нужной воздуходувки, ураганный ветер снова подхватил и понес меня. Труба постоянно изгибалась, но в основном меня тащило вверх. Я закричал, одновременно от страха и восторга. Всего через пару минут меня вынесло в огромный круглый зал, - и труба просто оборвалась.
13.
Я не сразу понял, что парю в воздухе, на очень приличной высоте. Глубоко внизу виднелось озеро и что-то, похожее на оранжерею, - тропического вида деревья и пальмы. Потом они стремительно поднялись вверх, и времени на раздумья не осталось. Я перевернулся в воздухе и вошел в воду головой вниз, сжав кулаки.
В первый миг они словно врезались в камень, потом тело само собой изогнулось, и меня по крутой дуге выбросило наверх. Отдышавшись, я быстро поплыл к берегу. И воздух, и вода здесь оказались очень теплыми.
