- Правитель не желает, чтобы его взор оскорбляли истощенные замарашки, которые, к тому же, не могут и слова сказать от волнения. Нам дали пару дней, чтобы прийти в себя. К тому же, он правитель лишь формально. Вся власть принадлежит Совету, а он... как бы это сказать... его представитель. И всё.
- Я вижу, вы всё делаете вместе, - сказал Элари.
- А как иначе? Тут трудно жить. Мы или будем вместе работать... или вместе умрем.
Юноша лишь кивнул. Он был занят - жадно осматривался по сторонам. Байгара, запретный город, в который он давно мечтал попасть, вдруг перестала ему нравиться. Слишком уж здесь всё было одинаковым, - одинаковые дома-коробки без всяких украшений, одинаковые кварталы, одинаковые улицы. Без номеров на домах тут ничего не стоило заблудиться. От самого облика этих домов, - красный кирпич голых стен, высокие деревянные крыши, дощатые балконы, узкие двери и окна, - веяло духом унылой скучной старины. Серое пыльное дерево тоже было старым. Первые этажи сплошь занимали какие-то магазинчики, учреждения и мастерские, в которых файа делали то немногое, что могли сделать из местного сырья или привезенных из-за моря деталей. В магазинах местами попадались витрины, но обычные застекленные рамы были здесь редкостью. Чаще всего окна закрывали плотные ставни, на первых этажах иногда дополненные решетками.
- Почему у вас почти нет стекол? - удивился юноша. - Разве вам не мешает пыль?
- Стекло дорого, - равнодушно ответил Суру. - И легко бьется. Дерево тоже дорого, но зато долговечнее.
Элари скривился. В глаза ему лезли всё новые признаки убожества, - электрические провода, протянутые на столбах чуть ли не посреди улицы, сложенная из каменных плиток мостовая... каменные, а не бетонные фундаменты домов... Этот город был построен сразу, целиком, и целиком состарился. Нигде никаких новых построек, лишь кое-где - следы ремонта. Всё сделано очень добротно, никакого сравнения с Си-Круаной... но они были похожи - два старых городка на самом краю света.
- У вас водопровод-то хоть есть? - спросил он.
- Есть. Ну, не везде, конечно. Мы же залезли в дома прямо с деревьев.
Элари обиженно замолчал. Он знал, что бессмысленно высмеивать город, в котором ему придется жить... особенно зная, чего стоило вообще его построить. Но, как не говори, смотреть на прохожих было гораздо интереснее. Он думал, что окажется здесь единственным человеком, но нет - среди шести-семи смуглых лиц попадалось одно светлокожее.
- Я и не знал, что здесь живут люди, - сказал он. - Я думал, что вы оставляете всех беглецов в Си-Круане.
- Беглецы бывают разные, Элари. Когда к нам приходят и просят защиты, мы не можем отказать, - это недостойно. Но преступников мы оставляем в Си-Круане, а остальных... берем сюда. У них рождаются дети...
- И у тех, кто живет в Си-Круане, тоже рождаются дети? И тоже остаются жить там?
- Если ты сам видел, - зачем спрашивать?
Элари промолчал. Иногда лица были странными, - черные волосы со светлой кожей, синие глаза на смуглых лицах, кожа разных оттенков...
- Это полукровки? - удивился Элари. - Я думал, у нас не может быть общих детей.
- У нас с тобой - не может, - ответил Суру, и Элари невольно хихикнул. - Раньше мой народ был другим... но это было так давно, что я не знаю, было ли. Но мы не любим говорить об этом. Если ты не принадлежишь ни к одному народу, жить трудно. С обеих сторон всегда полно радетелей за чистоту крови. Пожалуй, если бы у нас не рождалось общих детей, было бы лучше.
- Тогда почему вы это допускаете?
Суру удивленно взглянул на него.
- А что делать? Запретить любить, кого не надо? Уже пробовали. Это был такой идиотизм... Мы даже поселились одни, в этом гиблом месте, где больше никто не жил, чтобы не... раствориться. Куда же дальше? И кстати, ты заметил, что полукровки красивее чистокровных?
Элари кивнул, продолжая рассматривать прохожих. Всё же, в них было нечто странное. Одежда? Нет. Во всяком случае, не настолько, чтобы выйти за пределы личных причуд. И вдруг он понял. Возраст. На улицах не было никого, моложе двадцати лет... или двадцати пяти, если говорить о женщинах. Были старики, даже дряхлые, но не было ни девушек, ни юношей, ни молодых женщин, ни, тем более, детей, - всего, что составляет будущее народа.
- А где они? - спросил он. - Где дети? Вы их что, прячете?
Суру остановился и долго смотрел на него.
- Об этом тоже не стоит говорить, но... Ладно. На самом деле все наши дети живут лишь в одном месте, - в оазисе Лангпари, к северо-востоку отсюда. А когда вырастают - приезжают сюда... или в другие селения. Таков обычай... хотя никто не хочет уезжать оттуда. Там красивое место... зеленая долина, похожая на Айтулари. Я тоже там вырос... и не знаю, кто это придумал. Наверное, просто не хватило места, - а кому отдать лучшее, как не детям?
5.
