Ещё недавний дом, теперь вновь стал тем местом, куда не хотелось возвращаться. Винтерфелл был полон предателей, а осознание собственного бессилия перед этим, буквально доводило до отчаяния. Ведь что мог сделать Король, когда Великая Война уже застыла на пороге Севера? Покарать восставших? Но в таком случае, он лишь своими собственными руками выполнит работу Короля Ночи.
–”Они вновь преклонили колени перед Старками”, – сказала Джону Арья, встречая вернувшихся брата и сестру у ворот замка. – “А тех кто отказался это сделать, ждала справедливая участь”.
Сноу лишь кивнул, не став ничего отвечать. Ведь в этот миг, его словно опоясал дикий страх, сковывающий каждую клеточку тела. Кем была эта девочка, что стояла в этот миг перед ним? Ведь она была кем угодно, но только больше не его младшей сестрой. Убийца. Безликая. Никто.
Да, Старки вновь отвоевали свой дом, но какой ценой? Пролив кровь северян. Тех, кто лишь пытались защитить себя и свои семьи. Кто пытались исправить свою главную ошибку, ту, когда они провозгласили бастарда своим Королем.
Джон тяжело вздохнул, проводя ладонью по лицу, и устремляя свой взгляд вперёд. Мужчина смотрел прямо перед собой, но в тоже время, словно и вовсе в никуда. Кажется, в этот миг, он совсем не замечал ничего и никого вокруг, погрузившись в свои собственные невеселые мысли.
Наверное, сейчас он должен был быть отнюдь не здесь, а рядом с Дейенерис, с той, кто теперь осталась абсолютно одна. На чужбиной земле, среди тех, кто ещё совсем недавно желал её смерти. Ведь сир Джорах мертв, как мертвы и все те люди, что прибыли на Север вместе со своей Королевой, и лишь Тирион Ланнистер теперь был вынужден гнить в темнице Винтерфелла за своё предательство. Полумуж желал помочь. Он хотел спасти всех остальных. Но цена, которую назначала Серсея, и которую карлик был готов уплатить, оказалась слишком велика.
Санса, занявшая место за туалетным столиком, всматриваясь в своё собственное отражение, осторожно провела гребнем по медным волосам, невольно вспоминая, что казалось ещё совсем недавно, тоже самое делала мама, стоя позади старшей из своих дочерей. Они были действительно близки. Намного ближе, чем Кейтлин могла быть хоть когда-то с Арьей. Но теперь, это все осталось лишь воспоминаниями, и Санса с ужасом осознавала, что с каждым годом, она всё хуже помнила лицо своей матери. Словно прошлое забирало его. Словно в будущем для Леди Старк больше не было места.
Девушка тяжело вздохнула, отводя взгляд от своего отражения, и устремляя его на отражение Джона. Брат не покидал её покои уже несколько долгих часов, словно боясь вновь оставить сестру одну, но при этом, он едва ли проронил хоть несколько слов. И сейчас, сидя на краю постели, при этом склонив голову вниз, позволив осунуться плечам, он выглядел слишком усталым и изнеможённым. В последние дни, им обоим пришлось пережить слишком многое. Вот только, впереди их ждали вещи куда пострашнее уже пережитого.
– Джон?
Мужчина едва заметно вздрогнул, словно не ожидая услышать оклика. Вскинув голову, он столкнулся с обеспокоенным взглядом обернувшейся к нему Сансы.
Девушка слегка прикусила нижнюю губу, при этом медленно поднимаясь на ноги, и делая осторожный шаг вперёд. Старк понимала, что сейчас не самый лучший момент для откровений, но, кажется, пришло время раскрыть всю правду. Ведь после всего случившегося, Санса больше не была уверена в том, что у неё будет для этого второй шанс. Да, Бран просил сестру сохранять молчание до окончания Великой Войны, но что если они не смогут её пережить? Что если Король Ночи одержит вверх, а Долгая Ночь станет вечной? Джон заслуживал узнать правду прямо здесь и сейчас.
– Всё в порядке? – обеспокоенно поинтересовался Сноу, замечая растерянность сестры.
– Да, все хорошо, – Санса слабо улыбнулась, но её улыбка слишком быстро угасла. Девушка сделала глубокий вдох, словно набираясь храбрости. – Джон, ты должен кое-что узнать.
Мужчина медленно выпрямился, при этом не сводя с сестры настороженного и обеспокоенного взгляда. Он видел, как она была напугана, и это пугало его самого.
Девушка поджала губы, взирая на Сноу из-под полуопущенных ресниц, при этом нервно сжимая в пальцах складки юбок своего платья. Слова отказывались сходить с языка, застревая где-то в горле. Ведь то, что она собиралась сейчас сказать, буквально разделит жизнь Джона на “до” и “после”. Это изменит его самого.
Старк станет Таргариеном. Впрочем, он родился под знаменем драконов. Это было его судьбой. Но Санса невольно усмехнулась, не сдержав разрывающих её грудь эмоций. Ведь всё это: власть, трон – принадлежало Эйгону Таргариену, а не Джону Сноу. Не её брату. Не тому человеку, которого она знала. Не Королю Севера.
– Санса?
Девушка едва заметно вздрогнула, вырываясь из собственных мыслей. Она должна сказать. Она не имеет права отступать назад. Но как же тяжело было проронить хоть слово, смотря в эти тёмно-карие глаза, смотрящие на неё с беспокойством и проблесками чего-то ещё, но чего именно, Старк так и не смогла понять.
