— Я с тобой! — хотя бы это казалось мне понятным. Ведь Наоми нужна помощь. А я могу ей помочь — и потому ухватилась за эту мысль, за ясность неожиданной идеи, вот только… Вот только отец схватил меня за руку, не отпуская.
— Нет, я не позволю. Фрея, это небезопасно, ты не можешь туда вернуться.
— Но ведь ты сказал, что их просто отравили, так почему же нельзя возвращаться? Ведь я не собираюсь там ничего есть!
— Но ведь кто-то ещё может умереть — или напасть, Фрея! Ты ни за что не можешь вернуться. И я не могу рисковать тобой, милая… мы не можем. Не сейчас.
— Мною? Рисковать? Да кому я нужна? — никто на меня ни за что не нападёт. — Ладно, мне нужны мои перчатки — чтобы ни к чему не прикоснуться. Это будет абсолютно безопасно…
— Нет, Фрея! — он схватил меня за плечи и встряхнул. — Послушай меня! Погибли сотни людей, и многие всё ещё не установили точные списки… Вся наследная линия престола мертва!
— Ну так стоит помочь тем, кто остался…
— Послушай меня, Фрея. Все мертвы. Каждый престолонаследник. Все, кроме тебя. И ты — королева. Ты не можешь вернуться туда, потому что ты главная цель.
Я рассмеялась. Это было совсем не смешно, разумеется, ни на миг, но это оказалось единственной реакцией, на которую я вообще была способна — какая же нелепость! Да, я видела их живыми, всего пару часов назад, такими надменными…
— Я — королева? Нет, это просто невозможно. Я не могу быть королевой.
— Это не шутка, Фрея! — голос его звучал резко, почти что агрессивно. — Ты первая по линии наследования, кто выжил!
— Ну, нет же! Ведь я двадцать третья по этой линии! — да, вероятность моего правления столь же велика, как и у Дэгни. Потому я могла и балы пропускать, и в лаборатории просиживать часами, и никто ни за что не заметил бы, что меня нет на месте. Я ж будто неведимка. Я для них никто, что-то не имеющее никакого значения.
— Услышь меня, пожалуйста, Фрея. Кто-то хотел уничтожить весь двор. Всю династию. И, поверь, им это почти удалось. Так что ты первая из тех, кто остался.
Нет. Я не могла быть королевой. Столько людей должно было умереть, не оставив наследников, чтобы трон достался мне — и все они просто не могли исчезнуть! Да я же видела их, видела пару часов назад! Конечно, я большинство из них терпеть не могла, но они были такими живыми, такими здоровыми, и ни одному я не желала зла!
Дэгни вновь упёрлась в мою руку, и я подхватила её, прижимая к себе так крепко, что та даже замяукала в знак протеста.
— Но мой брат… — прошептала Наоми, — он ведь опережает меня в очереди на престол, опережает меня, но не Фрею… Что с ним?
— Да не знаю я! — мой отец вновь почти что сорвался на крик. — Не видел я его, может быть, он просто ушёл!
Наоми рванулась к двери. Казалось, она не могла твёрдо стоять на ногах.
— Я должна вернуться во дворец… Должна узнать, должна увидеть….
Но стража лишь равнодушно перекрыла дверь, и никто не подумал отойти в сторону.
— Увы, моя леди, но мы не можем пропустить вас сейчас туда, — промолвил один из них.
— Я должна увидеть своего брата!
— Нет! — ответил мой отец. — Ведь ты тоже в очереди на престол. До этого вечера ты была тридцать шестая, но теперь? Тебя должны защитить так же хорошо, как и Фрею.
Наоми лишь покачала головой, но стража даже не сдвинулась со своего места.
— Надо действовать быстро, — продолжил папа. — Уверен, наши враги намерены немедленно воспользоваться ситуацией. Надо выдвинуться сейчас, прежде чем они начнут действовать против тебя.
— У меня нет врагов, — ответила я. — Откуда вообще взяться врагам…
— Ты королева, Фрея. И наше дело сейчас — убедиться в том, что ты останешься ею ещё надолго. Нам нужно немедленно уезжать. Прикажем слугам взять всё, что надо, немного потом.
Он попытался отобрать у меня Дэгни и положить её на стол, но я уцепилась в неё. Нет, Дэгни за своей спиной я уж точно не оставлю. Нет, только не сейчас. Люди, конечно, так думали, но на самом деле я ведь не была сумасшедшей! Я читала книжки, и по истории тоже. Ведь знала, как заканчивается всё это. Борьба за то, чтобы считаться законным наследником, незадачливые девушки, которых заталкивали на трон из-за семейных связей, которые им не нужны, дерзкие юнцы, что мечтают оказаться на престоле… Если я пожелаю сохранить свой трон, то это будет висеть камнем на моей шее, и всю жизнь будто на качелях. Но ведь если не цепляться за эту проклятую корону…
То что тогда? Даже если я откажусь от престола сейчас, то буду ли в безопасности до конца? Ведь разве пожелают оставить законного наследника в живых, если они хотят действительно захватить власть над государством?
Нет, Дэгни я сегодня уж точно не оставлю. Папе не понять, но она слишком важна. Дэгни помогает мне думать. Дэгни, того боле, помогает мне дышать. А если я хочу пережить не только этот день, но и много-много следующих, то это мне просто необходимо.
