— Как говорится в одной легенде, Кондла хотел смотреть на море, а не на Серые горы, — пожал плечами Кулен, щурясь от ветра. — Была у него какая-то история с ними, и после смерти он хотел оказаться от них подальше. То ли задолжал горной ведьме, то ли еще что. Есть и другая легенда: будто бы последняя возлюбленная Кондлы спустилась с гор, но уплыла морем и так и не вернулась, и поэтому он велел положить себя поближе к побережью, чтобы встретить ее здесь и вместе с ней вернуться в горы.
— Красиво, — кивнул Красный. — А что говорят легенды насчет размера клада?
— Врут бессовестно, — улыбнулся Кулен. — Если в могиле лежит хотя бы треть сокровищ, которые в них расписывают, мы станем богаче всех ныне здравствующих королей.
Тут курган выступил из тумана во всей своей красе. От него так и веяло мрачной угрозой.
— Жутковатое местечко, — поежился Красный. — Поневоле начнешь верить в старые истории.
— Нам это на руку, больше вероятность, что клад до сих пор в могиле, — негромко ответил Кулен.
Король отъехал в сторону и приказал разбить лагерь. Небольшой отряд угрюмо подчинился. Воины бросали в сторону могильника настороженные взгляды. Не было слышно ни шуток, ни песен, ни перебранок.
— Начнем завтра после восхода солнца, — сказал Кулен, задумчиво глядя на курган. — Я начну копать первым. Прикажи выдать всем вина, надо как следует отдохнуть с дороги и отвлечься от дурных мыслей.
Красный подумал, что ему самому бы не помешало как следует выпить, но нельзя — надо сохранять трезвость ума. Он кивнул и пошел к обозу — выполнять приказ короля Приморья.
Брес в своем скупо обставленном кабинете и читал описание битвы столетней давности. Последней из тех ста, что выиграл король Кондла. Иногда Брес прерывал чтение и делал пометки в большой записной книжке, вставленной в красивый кожаный переплет с серебряным тиснением. В дверь постучали.
— Да? — сухо ответил Брес.
Вошел Брендан. Он поклонился и доложил:
— Лорд Райни просит принять его.
— Лорд, — поморщился Брес. — Какой он лорд? Торгует, как простой купчишка. Что за лорд, если он не служит богам или королю с мечом в руке? Только и делает, что изо дня в день считает монеты, разбирает товары и торгуется в своих лавках. Его отец и дед со стыда бы сгорели, оба пали в битвах во славу короны, а продолжатель рода стал барышником… Ладно, пусть заходит.
Брендан ушел и вскоре снова отворил дверь, пропуская вперед себя невысокого плотного человека.
Лорд Райни имел несколько медвежью внешность и одет был по-особенному: ватная куртка, обшитая стальными плашками, а поверх нее — котта из дорогой материи, покрытая золотошитьем и мелким жемчугом. Простые полотняные штаны были заправлены в сапоги из красной тонкой кожи, подкованные серебряными подковками и унизанные полудрагоценными камнями. Поверх котты плечи Райни покрывал роскошный прямой плащ из фастиана, подбитый белым горностаевым мехом.
Брес нахмурился. Плащ стоил целое состояние и при этом был неудобным. Такой имеет смысл надевать лишь по торжественным случаям, чтобы пустить пыль в глаза. Райни явился к нему, явно желая показать свое богатство. Специально накинул на повседневную одежду роскошный плащ, подчеркивая, что может себе позволить носить праздничный наряд и в будни.
— Рад приветствовать Ваше Величество, — изящно поклонился Райни.
Его плотно сбитая фигура двигалась с неожиданной грацией. Брес вспомнил, что Райни считался одним из лучших мечей Лугайда. Правда, служил этот меч не королю, не богам, а лишь самому Райни.
— Искренне поздравляю вас с победой, — приложил руку к сердцу Райни. — Вы вернули Лугайду былую славу. Я бы хотел с вашего позволения, вместе с другими лордами, установить на Площади Победы вашу статую, подобную статуям древних королей.
— Не стоит, — холодно ответил Брес. — Древним королям ставили статуи после смерти, а я пока к предкам не собираюсь.
Райни улыбнулся — открыто, добродушно. В его голубых глазах словно заплясали солнечные зайчики, а грубоватые черты лица смягчились. Брес вспомнил: еще про Райни говорили, что нет во всем Лугайде второго такого мастера обводить людей вокруг пальца.
— Что вы хотите? — в упор спросил Брес.
Райни закусил губу, рассматривая короля своими светлыми внимательными глазами.
— Дело в том, Ваше Величество, что меня привели сюда низменные расчеты, — наконец сказал он. — Видите ли, война — это очень, очень дорогое дело. Лорд-казначей собирается приказать повысить подати. Особенно для торговцев. А это, боюсь, приведет к тому, что многим из них придется тяжело. Кто-то уйдет из Лугайда, а кто-то начнет проявлять недовольство.
— Плевать на недовольство торгашей, — резко ответил Брес. — Недовольные могут убираться. Я не потерплю, чтобы во время войны лабазники тряслись за свою мошну.
— Ваше Величество, я осмелюсь напомнить, что именно эта мошна сейчас кормит Лугайд. Казна почти пуста, до сбора податей еще полгода. Кто, по-вашему, сейчас оплачивает все городские расходы? Уж точно не знатные лорды-воины. У них самих сейчас в карманах ветер гуляет, после победоносных походов.
К щекам Бреса прилила кровь.
