Брандон заметил огромного воина с мощным боевым топором. Каждый раз, когда этот страшный топор поднимался и падал, на палубу валился новый труп.
— Погоди, мерзавец, — прошипел Брандон. — Сейчас ты у меня получишь!
Он напал на пирата сзади, но тот умудрился уйти от удара — клинок лишь царапнул по широкой спине. Поднимая топор, великан развернулся к врагу — и Брандон вскрикнул от удивления.
— Куланн?
Пират присмотрелся к нему, и в голубых льдистых глазах вспыхнула такая дикая ненависть, что Брандона пробрал озноб.
— Вот так встреча! Клянусь удачей, сегодня мой день!
— Сдохни, предатель! — заорал Брандон. — Ты не смеешь посягать на то, что принадлежит королю Бресу!
— Жаль, что это не он, а ты! — просипел в ответ Куланн.
Прямой удар Брандона, призванный насадить наемника на меч, словно кабана на вертел, не удался. Рукой, закованной в доспех, Куланн отбил клинок, а вторая его рука описала полукруг с такой скоростью, что лугайдиец не успел увернуться. Страшный удар отточенного лезвия разрубил его от плеча до промежности, и две половины тела упали на окровавленную палубу.
Пена волн вокруг сцепленных кораблей стала розовой от крови. В воде замелькали треугольные плавники акул. Куланн устало вытер лоб рукавом куртки. Воинов Брандона перебили. Их судьбу разделили и те матросы, что попались морским разбойникам под горячую руку. В суматохе схватки кто-то зарубил и старого капитана у рулевого колеса.
Пираты принялись лечить своих раненых и обыскивать парусник, забирая все, что приглянется. Добыча оказалась небогатой, но обнаруженные в каюте капитана большой сундук с дорогим вином и маленький — с серебряными монетами подняли всем настроение.
Бывшие преступники были рады выпивке, а бывшие наемники — тому, что отомстили Брандону и Бресу. Они пинали трупы и выбрасывали их за борт с напутствием вечно болтаться средь демонов морских.
Несколько пиратов с хохотом выволокли из трюма совсем молодого матроса. У бедняги кровь текла по лицу, он пытался закрыть голову руками.
— Эй вы! — крикнул Куланн. — Оставьте парня в покое. Он не дрался с нами.
Мальчишка едва стоял на ногах от страха.
— Ты, — ткнул его в грудь один из наемников. — Ты кто?
— М-матрос…
— Он в трюме прятался, трус, — выкрикнул один из тех, кто держал парнишку. — На корм рыбам его!
— Зачем кормить рыб, им и так еды надолго хватит, — проворчал Морхед, бывший наемник с изрубленным лицом, из тысячи Куланна. — Я сам в таком возрасте первый раз в рукопашную попал и штаны испачкал. Пусть с нами плавает. Парень, ты согласен?
Матросик быстро закивал, с надеждой глядя на ветерана.
— У нас народ порубили, да и потом, парень море знает, плавал, — продолжал Морхед. — Не то что мы, сухопутные.
На том и порешили. Парня напоили вином и увели на борт галеры. Еще несколько матросов, прятавшихся во время боя, присоединились к пиратам.
Заноза принес Куланну бутылку вина, и тот ополовинил ее одним глотком. В груди еще не унялась горячка драки, запах крови щекотал ноздри. Наемник поднес горлышко к губам, собираясь осушить бутылку окончательно, но тут воздух разорвал пронзительный женский визг.
Трое бывших бандитов выволокли из каюты девушку в дорогом платье. Светлые волосы доходили ей почти до пят. Худенькая, хрупкая, совсем юная, девушка казалась куклой в грубых руках. Пираты не столько тащили ее, сколько несли, а она вскрикивала, словно раненый зайчонок, и пыталась упираться, извиваясь всем телом, запрокидывая голову.
Словно завороженный, Куланн смотрел, как играет солнце на золотых волосах. Тем временем девушку выволокли на середину палубы и окружили кольцом. Она махала руками, словно отгоняя комаров, и тоненько выла. Хохоча, окровавленные мужчины рычали на нее, лапали, толкали. Девушка упала, и тут же ее схватили несколько безжалостных рук. Затрещала ткань.
— Назад!
От рева, который издал Куланн, некоторые из пиратов присели, а некоторые замерли, вытянувшись по швам. В один миг очутившись среди толпы, Две Половины пинками расшвырял насильников и за локоть поднял девушку с палубы. Она уже не вскрикивала, только тряслась, словно в припадке, закатив глаза.
— Это заложница! — рявкнул Куланн. — Никто ее не тронет. За нее возьмем выкуп.
— Нахрен нам тот выкуп, если его вообще дадут! — заорал здоровенный черноволосый бандит, приятель Занозы.
Его имя Куланн никак не мог запомнить.
— Всю добычу — поровну! — надрывался черный. — Девку сначала берет тот, кто первым нашел, затем по кругу все остальные! Убери руки. Потом можешь с ней что хочешь делать, хоть выкуп брать, хоть акулам скормить! Но сейчас отойди от нее!
Не отпуская девушку, Куланн сделал шаг к крикуну. Его кулак вылетел вперед, словно таран и врезался в челюсть черноволосого пирата. От страшного удара тот отлетел на пару саженей. Послышался хруст шейных позвонков.
Не отпуская локоть пленницы, Куланн подошел к черноволосому, нагнулся, свободной рукой подхватил его за пояс, легко поднял и вышвырнул тяжелое тело за борт. В гробовой тишине послышался всплеск.
Развернувшись, Куланн обвел бандитов взглядом и спросил:
— Кто еще хочет, чтобы я убрал руки?
