— Было бы у меня копье, ты бы столько языком не трепал, — проворчала Лорелея, потирая новый ушиб на боку. — Слушай, какая разница, кто я? На качестве мяса это не скажется.
— Еще как скажется, — возразил Дракон. — Дикие свиньи, например, жесткие, мясо горчит, а домашние сладкие, жирные. Между крестьянками и знатными девицами примерно такая же разница.
Побагровев, Лорелея снова стиснула кулаки.
— А как на вкус воины? — процедила она.
— Не очень. Как волки или барсы — волокнистые. И к тому же воняют кислым потом.
— В таком случае тебя ждет неприятный сюрприз, — усмехнулась Лорелея.
— По правде говоря, ты и так уже преизрядный сюрприз, — признался Дракон. — Ты ведь не дочка знатного лорда?
Лорелея лишь пожала плечами:
— Не могу ответить, потому как родителей своих не знаю.
— Но у тебя правильная речь и гордая осанка. Ты не крестьянка. Не из черной кости.
— Что ты привязался? — вспылила Лорелея. — Не хочу я с тобой разговаривать. Делай свое дело, тебе нужна была невеста на ужин — вот тебе невеста, ужинай!
— Аппетита нет.
Выпустив из ноздрей две струйки дыма, Дракон снова обвил лапы хвостом.
— С чего ты взяла, что я ем невест? — вдруг произнес он. — Едят добычу. А невесты нужны для другого.
Лорелея побледнела.
— Где они тогда — твои невесты, если ты их не ешь?
— Люди живут совсем недолго. Особенно в сравнении с драконами. Поэтому приходится раз в полстолетия приносить сюда новую человеческую девушку, совсем молодую. Ты, к слову, ребенком не выглядишь.
— Конечно, для невесты я старовата. — согласилась Лорелея. — То есть для невесты, которую не собираются сожрать.
— Я не ем девушек, которых мне отдают из города, — просвистел Дракон. — Они остаются жить со мной. Добровольно.
— Шутишь? — хмыкнула Лорелея. — Какая девушка добровольно променяет свою семью и будущих мужа и детей на жизнь в пещере со скользким гадом?
— Они меняют это не на скользкого гада, а на то, что сокрыто в пещере. Уверен, через минуту ты сама не согласишься уйти отсюда, даже если я предложу отнести тебя домой.
— Неужели? — скривила губы Лорелея.
— До сих пор ни одна из невест не хотела обратно. Идем.
Нахмурившись, Лорелея двинулась во мрак пещеры, чувствуя, как Дракон скользит рядом.
Парусник «Королева зари» шел в виду берега, лениво карабкаясь на волны. Этне, закутанная в плотную шелковую накидку на меху, стояла у борта и смотрела на бесконечный синий простор. Она никогда еще не видела моря и была поражена его необъятностью, блеском солнца на поверхности воды и необъяснимым восторгом, которое это зрелище будило в душе.
Неподалеку боролся с ветром другой корабль. Он вез королю Бресу приданное Этне — пятьдесят сундуков с монетами. Чистое золото, скопленное отцом, дедом, прадедом и прапрадедом. Золото, за которое их тщеславный потомок купил себе родство с королем.
Корабль для приданого был грузовой галерой. Осмотрев ее, Брандон решил нанять второе судно — легкое, быстрое, с уютными каютами, подходящими королевской особе. На паруснике поплыли невеста и сопровождающие, на галере — сундуки и охрана.
Но сейчас Этне видела, как тяжелогруженый корабль лихо борется с волнами и заметно обгоняет «Королеву зари». Понаблюдав за рискованными маневрами галеры, Брандон отправился на корму, где на мостике стоял капитан — седовласый коренастый старик. Этне тихонько пошла следом — ей было любопытно все, что происходило вокруг.
— Что творит этот сын демоницы? — рявкнул Брандон, потрясая кулаками. — Ваш хваленый капитан утопит галеру вместе с золотом короля Бреса! Если что-то случится с приданым, с вас заживо сдерут кожу! Четвертуют! Сожгут!
— Лорд Брандон, вам не следует понапрасну гневаться, — смиренно ответил капитан. — Найси — один из лучших молодых капитанов в наших водах. Поэтому я и доверил галеру ему, а сам пересел на парусник. Можете не сомневаться, ваше золото в полной безопасности.
— Почему вы доверили галеру с золотом какому-то юнцу? — запальчиво спросил Брандон.
— Потому что с дерзостью юности опыту старости не тягаться. Если придется уходить от пиратов, Найси уйдет.
— А мы? — нахмурился Брандон.
— Наш парусник их вряд ли заинтересует, пираты нападают только на грузовые суда, где в трюмах есть богатая добыча.
Бросив на капитана гневный взгляд, Брандон развернулся — и едва не наткнулся на Этне.
— Ваше Величество, — с раздражением произнес он. — Вам лучше спуститься в трюм. Ветер слишком свежий. Можете простудиться.
— Но я хотела посмотреть на кораблики, — робко сказала Этне.
— На какие еще кораблики?
— Вон на те.
Этне развернулась и указала на грузовое судно с золотом, позади которого вырастал еще один косой парус. Брандон слегка побледнел. И жестко повторил:
— Вам следует немедленно спуститься в трюм.
Галера неслась, словно ветер, подгоняемая свежим бризом и взмахами весел. Куланн щурился, разглядывая показавшийся вдали парус.
Впередсмотрящий, карауливший в гнезде на верхушке мачты, давно уже прокричал, что там идет к речному устью тяжелое грузовое судно. Трюмы явно полные, а значит, сулят богатую добычу.
