Жаркая погода принесла с собой комаров и мошек, тучами вьющихся над солончаками вдоль берега реки, что лишь добавило путникам мучений. Люди стали раздраженными и нетерпеливыми. Во время сборов София распорядилась загрузить в фургоны все, до чего только смогла дотянуться. Но при этом она настаивала, что взяла с собой лишь предметы первой необходимости, поскольку ее будущий дом, дескать, еще не меблирован. Поэтому они везли сундук Софии, корзинки для шитья, письменные принадлежности, посуду, маслобойку, несколько горшков и кастрюль, огромный медный таз для варки варенья и заварочный чайник. Кроме того, в фургонах находились ночные горшки, постельное белье, пяльцы, несколько фонарей и остатки свечного запаса Анны де Болден. А ведь был еще и небольшой сундучок с бумагами Томаса, плуг, коллекция всевозможных инструментов со сломанными ручками, все боеприпасы из комнаты надсмотрщиков и два мешка семян табака.
Когда Анри вздумал подшутить над ней и заявил, что ее повесят, как последнюю воровку, София с жаром возразила, что оставила свои драгоценности, которые стоили немалых денег, в качестве платы за то, что она забрала с собой, да и, кроме того, еще целый месяц некому будет заявить о пропаже. Или воспользоваться всеми этими вещами, даже если бы они остались на месте. Рабы разбежались, Анна умерла, и она сомневалась, что какая-либо женщина окажется в положении настолько отчаянном, чтобы согласиться выйти замуж за Томаса. А сам он, не имея супруги, в силу собственной лени и неопрятности едва ли заметит отсутствие домашней утвари, например горшков, постельного белья, маслобойки или таза для варки варенья. Впрочем, София вынуждена была признать, что недостача инструментов, оружия, фургонов и лошадей не пройдет мимо его внимания. Вне всякого сомнения, обнаружит он и пропажу сундучка с документами, включая купчую крепость Графтонов. Но ее драгоценности стоят куда больше того, что она забрала с собой. Взять, к примеру, хотя бы ее жемчуга…
Анри пренебрежительно фыркнул и заявил, что ее доводы не имеют никакого смысла, поскольку дом сгорел, а вместе с ним пропали и ее драгоценности.
София быстро сменила тактику.
– В таком случае совесть моя чиста. Не окажись я настолько предусмотрительной, чтобы взять с собой все эти вещи, они бы сгорели тоже и не достались бы никому. Именно так и подумают люди, когда увидят, что от дома остались одни головешки, они сочтут, что все имущество погибло в огне. А мне оно пригодится, – беззаботно продолжила София. – Дамы в Вильямсбурге были совершенно уверены в том, что мистер Баркер и не подумал обставить дом. Так что я все хорошо спланировала и действовала из лучших побуждений, когда заплатила за все.
Вскоре тропа стала практически непроезжей и фургоны, переваливаясь на ухабах, поползли по ней с черепашьей скоростью. Анри потребовал бросить крытые повозки, но София отказалась наотрез, в чем ее поддержали Руфус и негры, куда более осведомленные в вопросах выживания. Они клятвенно уверяли, что им понадобятся плуг, пилы, топоры и другие сельскохозяйственные орудия, даже если София так не считает. Саския решительно заявила, что ни за что не расстанется со стегаными одеялами, кастрюлями и тарелками, а София поддакнула, что они не могут бросить мушкеты, порох и пули. В конце концов споры прискучили Анри. Едва ли дорога могла стать хуже, а их продвижение по ней – еще медленнее.
Но именно так и случилось. Один из мулов умер, и с подковой или без нее, но им пришлось впрячь лошадь Софии в повозку. Гунтер к этому времени пребывал в настолько подавленном расположении духа, что и не подумал кусаться или оказывать иное сопротивление. Ребра выпирали у него из-под кожи, а сил лягаться уже просто не было. Коровы тоже исхудали до крайности и молока больше не давали. Путникам приходилось останавливаться везде, где имелся хотя бы намек на пастбище, и отпускать животных пощипать то, что им удавалось найти. У одной из крытых повозок сломалось колесо, и у них ушла масса времени на то, чтобы сначала разгрузить, а потом, после нескольких неудачных попыток, починить его и вновь нагрузить фургон. Переправляясь через ручей, Сет приметил каймановую черепаху и поймал ее, а Саския сварила из нее жиденький суп с мясом. Затем Тьерри обнаружил несколько грибов и заявил, что это лисички. Из них и опоссума, пойманного в силки Анри, он приготовил рагу, и все, за исключением Малинды, были настолько голодны, что съели его без остатка. Малинда же сморщила носик и отрицательно покачала головой, отказываясь прикоснуться к блюду. В результате все, кроме девчушки, получили на свою голову серьезное отравление.
