Анри сбивчиво заговорил о том, что, разумеется, еще не поздно и что он, конечно, тоже поедет во Францию. И разве они не собирались вернуться туда вместе? Просто дело в том, что он должен будет взять с собой ребенка, а…
Но Тьерри лишь покачал головой да покрепче подтянул подпругу:
– Я не могу ждать. Найдя кукурузное поле, я дал торжественный обет Деве Марии и теперь должен выполнить его. Я отправляюсь в Новый Орлеан, где буду работать или просить милостыню, но найду миссию иезуитов и паду к их ногам, умоляя их – каким угодно способом – сжалиться надо мной и посадить на корабль во Францию.
– Ты? Ты дал обет? Тьерри, за кого ты меня принимаешь? – пробормотал Анри, растерянный и сердитый. – Как ты можешь бросить меня здесь одного? Вот такой, значит, ты друг?
– Клянусь, что я твой друг. Когда-нибудь я вернусь, чтобы сдержать слово, и тогда, быть может, ты будешь готов уехать со мной. А пока
– Не пройдет и недели, как ты вернешься! – прокричал Анри вслед удаляющейся фигуре. –
Из-за угла амбара за происходящим наблюдала Малинда. Она решила удрать с фактории и потому следовала за Кейтлин на некотором отдалении, чтобы не попасться ей на глаза, опасаясь, как бы та не отправила ее обратно. Анри ее не заметил. Малинда решила, что подождет здесь еще немножко, прежде чем вернется в дом.
Она сунула палец в рот, прижала к груди куклу и стала думать о старом индейце, которого видела только что, проходя через сад. Он сначала был там, а потом куда-то исчез. Одет он был как белый человек, но она знала, что он краснокожий. Он ее не видел, как и большинство людей, потому что она была маленькой и незаметной. А еще она была очень наблюдательной. Он следил за долиной, в которой жили негры.
И он ей не понравился.
Индейца звал Дайюгидаски. В переводе на английский его имя означало «Охотник на рабов».
Он пришел сюда, в долину, против своей воли, не желая расставаться с Ноттом и Сетом. Он и так видел слишком много разлуки: на плантации появлялись работорговцы, наблюдали за тем, как работают рабы, оценивали женщин, осматривали детей, а затем, выбрав тех, кто подошел им, связывали или заковывали в кандалы, чтобы увести прочь. И никто больше никогда не видел их. В свое время такая же участь постигла двух его дочерей. Его сын стал следующим. Потом наступила очередь их матери, но она одурачила торговцев, вбежала в амбар и повесилась прежде, чем они догнали ее.
Он сожалел о том, что не отправился к испанцам во Флориду. В глубине души он знал, что рано или поздно его и остальных все равно найдут здесь. Он сказал об этом Зейдии, которая согласилась, что
Как-то днем девочка пришла к нему в хижину, когда он мастерил новый курятник, который, как надеялся Мешак, поможет ему уберечь цыплят от лис и ястребов. Она появилась совершенно беззвучно, как делала всегда, выжидая, когда кто-нибудь заметит ее. Эта привычка неизменно пугала всех, и Мешак подпрыгнул и выругался, попав молотком по пальцу. Облизнув его, он сказал:
– Девочка, ты напугала меня до смерти! Ты, наверное, хочешь, чтобы я приделал твоей кукле новую голову?
У Малинды, когда она нервничала, была привычка крутить деревянную голову куклы до тех пор, пока та не отваливалась. Всякий раз Мешак при этом устраивал целое представление, демонстрируя ей свое разочарование, цокал языком и жалел безголовую куклу, но потом делал ей новую, с другим лицом, волосами и написанным на нем выражением. Но со временем она откручивала голову и этой.
Однако сейчас Малинда лишь покачала головой, протянула ему куклу, показывая, что голова у нее на месте, и поманила Мешака внутрь хижины.
С ребенком явно что-то было не так. Что ей понадобилось в хижине? Мешак пожал плечами, но решил не перечить ей, как делал всегда, и последовал за девочкой, ожидая, когда глаза его привыкнут к полумраку после яркого солнечного света снаружи.
– Проголодалась? У меня есть холодная кукурузная лепешка, если хочешь.
Но Малинда в ответ покачала головой. Она встала сбоку от двери и показала на нее.
– Почему ты тычешь пальцем туда, откуда только что вошла? Дверь открыта, я вижу.
Малинда опять покачала головой, вновь показала на дверь и выразительно подняла указательный палец.
– Наверху? Где наверху? На крыше? И что там такое? Что-то неладно? Дранку сорвало ветром?
Малинда показала на крышу, покачала головой, а потом махнула рукой в сторону «Лесной чащи».
– Там кто-то есть?
Малинда кивнула.
– Мисс Софи? – Девочка качнула головой и вновь ткнула пальцем в ту сторону. – Миста Анри? – Опять последовал отрицательный жест.
