Долина забвения полностью

Когда-то я сказал, что наши имена связаны судьбой: Луция и Лу Шин. Наши имена были знаком, что мы узнаем друг друга, а картина заставила нас ощутить, что мы принадлежим друг другу. Я до сих пор считаю тебя частью себя. Но я так часто подводил тебя, что это показало мне мою истинную суть. Ты не развеяла мои сомнения. Ты заставила меня увидеть, насколько я нерешителен. Тебе нужна была сила духа, и ты не понимала, что в этом отношении мне нечего тебе дать. Ты жила в глубинах своих чувств. Я плавал в мелких лужах. Я боялся, что в моем искусстве это проявится так же ярко, как и в характере. Наконец на этом этапе своей жизни я готов избавиться от сомнений и принять, что я гораздо слабее, чем думал, гораздо слабее, чем ты думала обо мне. Я заурядная личность, Луция. Мне не было жаль для тебя ни сил, ни чувств. Просто я родился таким: с жалким и слабым сердцем. И я очень сожалею, что ты так сильно пострадала от этого.

@

Я ответила ему:

@

Ребенку, которого я потеряла, было два дня. Его звали Тедди. Я знала его недолго — лишь те немногие часы, когда держала на руках. После стольких лет бесплодных поисков я наконец осознала, что ребенка, которого я так отчаянно стремилась вернуть, не существует. Лу Шэнь — твой сын целиком и полностью, он принадлежит тебе, как Вайолет принадлежит мне. Она — единственное дитя, которое я потеряла. Она единственная, кого я оплакиваю и кого буду искать долгие годы, даже если ее и нет уже в живых.

@

Как сообщала Обаяние, когда мы доберемся до Руки Будды, внизу увидим город. Но мы его не увидели. Я посмотрела на Помело и Волшебную Горлянку — они выглядели озадаченными. Мы стали спускаться по извилистым тропинкам, затем по небольшой горной долине, упорно цепляясь за надежду, но так и не смогли рассмотреть города, пока не дошли до конца ковра из зеленой травы и не встали на краю отвесной скалы. Над нами сквозь слезы я увидела звезды — десять тысяч сияющих огоньков на черном небе. А потом я посмотрела вниз и сквозь те же слезы снова увидела огоньки — в десять тысяч раз больше, чем на небе. Я подавила сомнения и сказала себе, что это не просто отражение звезд в пруду или рой светлячков и не влажные листья, отражающие серебристый лунный свет. Я утерла слезы и увидела то, во что хотела поверить: под нами расстилался город, и тысячи огоньков сияли сквозь окна его домов.

Мы радостно восклицали: «Я знала, что он там будет! Я его чувствовала! Я видела его внутренним оком и сделала так, что он появился в реальности!»

Луна и звезды освещали нам путь, пока мы спускались по извилистой тропе в долину. В приливе восторга мы с Волшебной Горлянкой не сразу заметили, что Помело еле ковыляет за нами на распухших ногах. Мы вернулись к ней и подхватили под руки. Радость так подняла наш дух, что мы будто парили над землей, не ощущая ни своего, ни ее веса.

Город все приближался, и я глубоко вдохнула, наполнив легкие свежим воздухом. Я знала: что бы нас там ни ждало, это будет лучше, чем то, что было еще вчера. Когда-то я ожидала худшего, сейчас же ждала лучшего: чистой комнаты, где можно переночевать, теплой ванны, горячего чая, сладкой груши. Я представляла себе реку и обратный путь в Шанхай. Не такими уж и несбыточными были мои мечты.

Помело настаивала на том, чтобы мы нашли ее подругу, Обаяние, которая сбежала год назад. Она должна была узнать, что смогла нас спасти.