— Да, Гримо, даже ему ты не должен рассказывать о ней. Я рассчитываю на тебя. Дальше самое главное. Никто из вас, ты слышишь? НИКТО не должен мешать моей свадьбе, она состоится через полгода. Я снова стану растением и вы не должны напоминать мне о Миледи. — Граф криво улыбнулся, глядя на то, какой надеждой осветились глаза слуги. Гримо виновато опустил глаза. — Да, я вспомнил о ней. Можешь передать команде поддержки, что я почти не помню, как она выглядит, но люблю ее так сильно, что переверну небо и землю, чтобы вернуть ее домой. Эй, мужчины не плачут, соберись! Возвращаясь к поручениям. Вы организуете свадьбу так, как захочет Анна.
— Но, Господин!
Атос на мгновение прикрыл глаза от нахлынувшего чувства признательности к этому верному и преданному парню. Никто из слуг не называл его Господином, пока он был совсем не в себе, но стоило ему хоть на минуту вернуться, как они все тут же оказались рядом.
— Она настоящая стерва и просто хочет прикарманить ваш титул, замок и деньги! Она подсыпала вам отраву в еду, чтобы вы быстрее в нее влюбились! Хорошо, что Горгона не знала, как над вами издевалась Принцесса и теперь вы от любого яда просто жутко хотите спать!
— Она и здесь постаралась! Милая девочка, ничего не скажешь! А что я сделал в ответ?
Гримо замялся.
— Заставили вышить крестиком портрет Корбо в половину натуральной величины. Для воспитания усидчивости, терпения и хладнокровия.
— Она доделала работу?
— Да. А потом вы сражались с ней на дуэли на шпагах и позволили ей выиграть. Инцидент был улажен.
— Я так понимаю, летопись наших с ней разборок ведется с самого первого дня появления ее в моем замке?
— Простите, Ваша Светлость. Но когда дело касается вас, наших женщин остановить практически не возможно.
— Я уже понял. Но мы ушли от темы. Ты меня перебил и не дал закончить мысль. Больше так не делай.
Гримо виновато съежился.
— Та вещь, которую я отдам тебе. Ты должен будешь вернуть мне ее обратно ровно через месяц со дня свадьбы. Или раньше, если узнаешь, что жена решила меня убить. Ты все понял?
— Да, Господин.
— Тогда пойдем в конюшню. Да и еще одно, ты не знаешь, как снять этот браслет?
— Нет. Его вам одел князь в ваш последний день рождения. Обидно, он скрывает вашу птицу, а она такая красивая. Девушки даже однажды набрались смелости и попросили Миледи показать ее феникса поближе.
Атос вздрогнул. Ее феникса? Значит у них одинаковые татуировки?
— Они попытались срисовать, но вы застали их всех за этим занятием и разогнали, сказав, что такие тату могут быть только у вас и у Миледи.
— Она разозлилась, и я целый день вытаскивал из одежды колючки?
— Нет, в тот раз она на вас так посмотрела, ну вы знаете, о чем я. — Атос не знал, но догадывался и сердце его пело от счастья. — Потом сказала «Ты прав. Как всегда» и вы тут сбежали из комнаты, как будто за вами гналась стая волков. Этот раунд с явным перевесом выиграла она.
— Кто ведет общий счет?
— Дворецкий Жак. Простите, Господин. Мы просто очень переживаем за вас и за принцессу Диану. — Граф даже споткнулся, услышав имя.
— Стоп, замолчи Гримо. Больше ни слова. Если после того, как я получу вещь назад, ты не увидишь изменений в лучшую сторону, скажи мне три слова. «Диана, Макс, Феникс».
— Да, я все понял.
Они вошли в конюшню. Атос подошел к деннику Амбера. Тот стоял у дальней стенки и подозрительно смотрел на подошедших.
— Мальчик мой, иди сюда. Давай, мой хороший. У меня мало времени.
Амбер недоверчиво помотал головой, но подошел ближе, однако не давая прикоснуться к себе.
— Послушай меня. Я вернулся совсем ненадолго, но мне нужна твоя помощь. — Атос открыл дверь и вошел внутрь. Амбер молча уткнулся головой в его грудь, граф почесал его за ухом и начал гладить длинную шею. — Завтра я снова стану тем, другим.
Жеребец недовольно клацнул зубами.
— Я должен. Я не могу оставить себе ничего на память кроме тебя, если ты будешь не против. Сможешь потерпеть того меня полгодика? Чтобы потом я смог вернуться?
Амбер грустно посмотрел на него и вымазал щеку бархатными губами.
— Ты что творишь, своенравная животина! Не смей так делать! — Атос вытер щеку платком. — Хулиган! Вот вернусь, и ты получишь по полной программе. Совсем распустился.
Амбер прогарцевал по стойлу, едва не отдавив графу ноги, но тот только улыбался, глядя на любимого коня. Выйдя из денника, Атос повернулся к Гримо, вытащил из камзола рисунок и передал его слуге. Молча развернулся и ушел в дом. Гримо не удержался и развернул рулон. Сомнений в том, кто изображен на рисунке не было, как и в том, кто являлся автором.
Красота как исполнения, так и самого изображения чуть не заставили слугу снова пустить слезу, но Амбер, вовремя щелкнувший зубами около его уха, заставил прийти в себя. Жаль, что нельзя показать рисунок всем остальным. Впрочем, после его рассказа и добрых слов от настоящего графа, разговоров будет на пару месяцев точно. Видимо, не зря они не гасили свечи перед портретами все это время. Уже в который раз Гримо решил для себя, что ему настоящей любви и даром не надо. Лучше он посмотрит на это все со стороны.
