Зима выдалась снежная и теплая, так что на улицах было мокро и холодно. Я с тоской вспомнил сапоги, оставленные у Толлара вместе со всем снаряжением. В свитере и куртке, практически без оружия, я чувствовал себя почти голым. Миртава запрет на ношение оружия тоже касался, но патрули не решались с ним связываться, и он гордо сверкал рукоятью меча. Меня иногда подмывало выяснить, есть ли в ножнах клинок, или офицерская честь пропита безвозвратно.
Ближайшая таверна располагалась всего в трех кварталах, но к моменту, когда мы наконец ввалились в прокопченное от дешевого воска помещение, ноги у меня промокли почти до колен. Миртава здесь знали, и потому не любили. Вспыльчивый нрав, хроническое пьянство и пробитый шестопером череп делали его опасным собеседником. В некотором роде, роль его собутыльника создала мне славу сорвиголовы.
- Хозяин! - Миртав гаркнул так, что я ненадолго оглох на левое ухо. - Тащи выпить! И пожрать моему другу!
Специально для нас был "зарезервирован" стол в ближнем углу. С одной стороны, там было достаточно темно, чтобы отставник не привлекал слишком много внимания, с другой - рукой подать до выхода. Стряхнув рукавом объедки со столешницы и шуганув откормленного кота, мы расположились за столом, ожидая служанку. Тощее облезлое тело грациозно лавировало между столами, одной рукой уперев в бок поднос с кружками и мисками, а второй ловко раздавая затрещины. Миртав звякнул медью, привлекая ее внимание и улыбнулся во все свои тридцать три железных зуба:
- Ай, красавица, как же я по тебе скучал!
- Так уж и по мне! - Служанка выставила перед нами шеренгу кружек и миску с горячим варевом неопределенного состава.
- А то по кому же!
Пока Миртав метал биссер перед этим суповым набором, я оглядел зал таверны. В основном столики были заняты завсегдатаями: разнокалиберным сбродом, промышлявшим воровством, грабежом и вымогательством. Здесь они коротали время за кружкой пива, игрой в кости и мордобоем, ожидая сумерек. Приличная публика в эту таверну не забредала, сторонясь вывески, на которой красовалось нечто абстрактно-похабное.
За столом в противоположном от нас углу расположились трое громил. Они потягивали пиво и мирно о чем-то беседовали. В центре зала, на огромном круглом столе, прибитом к полу, перекатывались кости и звенела мелочь. Пока игра шла по-маленькой. Хозяин возвышался за стойкой и методично протирал глиняные кружки: плевок, круговое движение тряпкой, снова плевок... Вечерняя жизнь шла своим чередом. Мирав, тем временем, сговорился со служанкой, разом выхлебал кружку пива и, подмигнув мне, удалился в погреб. Служанка, на секунду перестав хихикать, махнула рукой хозяину и скрылась в том же направлении. Я проводил ее взглядом, придвинул к себе одну из кружек и сделал большой глоток. Привыкнуть к этому поилу было практически невозможно, но не строить же из себя неженку посреди бандитского притона! Подождав, пока приживется первая порция, я допил пиво и с интересом уставился на игроков за центральным столом. Отупение расползалось от затылка теплой, как выпитое пиво, волной, но я не сопротивлялся. Я наблюдал за катающимися по столу костями и прислушивался к разговорам.
- ...А я ему говорю: "Борода еще не признак!". А он мне...
- ...Содрал серебряный за сапоги, а теперь еще...
- ...Опять пошлину подымут, ни одного обоза на дороге без охраны...
- ...Дурила, кто ж так петлю затягивает! Он же сколько дрыгаться может, если...
- Ой, как поймала стража парня-а-а! - Затянул кто-то дурным фальцетом, перекрывая гомон таверны. - Ва-а-а все-ом ба-аба винова-ата-а!
Таверна прислушалась к перепетиям давно знакомого сюжета, один из игроков под шумок стянул со стола пару медных.
- Па-агубила наша бра-ата! - Продолжал надрываться голос.
Другой игрок хватился своих денег. Грохнула об пол кружка. Еще одна полетела в голову певца. Попала или нет - мне видно не было, но второй куплет озвучен не был. Хозяин споро метнулся под стойку. Я нырнул под стол и затаился.
- Ах ты ж! - Крикнул обворованный игрок и ударил в ухо ближайшего соседа.
