За столом в противоположном от нас углу расположились трое громил. Они потягивали пиво и мирно о чем — то беседовали. В центре зала, на огромном круглом столе, прибитом к полу, перекатывались кости и звенела мелочь. Пока игра шла по — маленькой. Хозяин возвышался за стойкой и методично протирал глиняные кружки: плевок, круговое движение тряпкой, снова плевок… Вечерняя жизнь шла своим чередом. Мирав, тем временем, сговорился со служанкой, разом выхлебал кружку пива и, подмигнув мне, удалился в погреб. Служанка, на секунду перестав хихикать, махнула рукой хозяину и скрылась в том же направлении. Я проводил ее взглядом, придвинул к себе одну из кружек и сделал большой глоток. Привыкнуть к этому поилу было практически невозможно, но не строить же из себя неженку посреди бандитского притона! Подождав, пока приживется первая порция, я допил пиво и с интересом уставился на игроков за центральным столом. Отупение расползалось от затылка теплой, как выпитое пиво, волной, но я не сопротивлялся. Я наблюдал за катающимися по столу костями и прислушивался к разговорам.
— …А я ему говорю: «Борода еще не признак!». А он мне…
— …Содрал серебряный за сапоги, а теперь еще…
— …Опять пошлину подымут, ни одного обоза на дороге без охраны…
— …Дурила, кто ж так петлю затягивает! Он же сколько дрыгаться может, если…
— Ой, как поймала стража парня — а-а! — Затянул кто — то дурным фальцетом, перекрывая гомон таверны. — Ва — а-а все — ом ба — аба винова — ата — а!
Таверна прислушалась к перепетиям давно знакомого сюжета, один из игроков под шумок стянул со стола пару медных.
— Па — агубила наша бра — ата! — Продолжал надрываться голос.
Другой игрок хватился своих денег. Грохнула об пол кружка. Еще одна полетела в голову певца. Попала или нет — мне видно не было, но второй куплет озвучен не был. Хозяин споро метнулся под стойку. Я нырнул под стол и затаился.
— Ах ты ж! — Крикнул обворованный игрок и ударил в ухо ближайшего соседа.
Тот, хоть и был ни при делах, рухнул на пол с выражением полного раскаяния на рябой роже. Я прихватил со стола еще одну кружку пива и устроился поудобнее. Традиционная вечерняя потасовка набрала обороты в считанные мгновения. Глиняная посуда быстро кончилась, в ход пошла мебель. Когда стол над моей головой тяжело приподнялся и отправился в полет через весь зал вместе с котом, покусившимся на неаппетитное варево в миске, я понял, что пора сматываться. Бросив прямо на пол несколько медных монет, я пнул стоящего рядом здоровяка в промежность и на четырех костях пополз к выходу. Меня перехватили всего в паре шагов от двери. Чья — то рука ухватила меня за шиворот и довольно грубо поставила на ноги. Передо мной был один из тех здоровых ребят, которые тихо сидели за дальним столиком. Но меня заинтересовала вовсе не маячившая передо мной злорадная ухмылка, а нечто, находившееся за его спиной. Видимо, на моем лице было написано такое искреннее изумление, что здоровяк обернулся к выходу, не отпустив, впрочем, моего воротника.
В дверях таверны стояла девушка. Прядь светлых волос выбилась из — под платка, огромные темные глаза с восторгом рассматривали наш незамысловатый дуэт.
— Айвэ, — Мой противник неожиданно галантно поклонился и ослабил хватку, чем я и воспользовался.
— Здрас — с… — Пробормотал я, протискиваясь мимо нее.
Побоище в зале постепенно стихало, и все больше голов поворачивалось к выходу. Девушка продолжала стоять, глупо улыбаясь. Ничем хорошим это закончиться не могло, и оставаться здесь мне совершенно не хотелось.
Я шел домой, размышляя о том, что, конечно, в стенах таверны девчонку не тронут. Наряд, призванный, видимо, замаскировать ее под простолюдинку, столь сильно напоминал маскарадный костюм, а гладкая кожа и наивный взгляд так громко кричали о ее происхождении, что с ней попросту не станут связываться. Другое дело, что всегда найдется какой — нибудь дурак, который решит попытать счастья в глухой подворотне. Разумеется, семья этой дурочки поднимет на уши всю стражу. Разумеется, грабителей поймают. Попутно перетряхнут пол — города, а первым делом заглянут в таверну, и непременно кто — нибудь про меня вспомнит, а там и до обыска рукой подать. Ничего такого у меня вроде бы не хранится, но мало ли… Плюнув на мостовую всего в квартале от дома, я повернул обратно к таверне.
