Дом, где живет лето полностью

В конце 2008 года, в канун Рождества, – предложение. Радостное «да». Шампанское, звонки домой. Снова шампанское. Конечно, свадьба будет в Смотровой башне! Для Луизы по-другому и быть не может. Стивен был в Совьем Клюве с Луизой прошлым летом, он жил в Каюте, а Луиза – в Розовой комнате, для приличия. И даже если его посещали мысли о том, не будут ли все их отпуска проходить в этом доме, с родителями Луизы, вслух он не высказывал никаких сомнений. В конце концов, он был влюблен! А вид на океан из панорамного окна столовой был великолепен, как и следовало ожидать.

Дату назначили на май.

2009 год. За день до того, как Луиза Фицджеральд предстала перед комиссией по защите диссертаций, ее вырвало в туалете Файервизер-холла. Нервы. Объяснимо, кто бы не нервничал? Столько работы, столько часов, и все решится в один день.

Три дня спустя они отправились в ресторан «Пистиччи», который так любила Луиза. Когда официант поставил перед ней ее любимое блюдо, «пенне пистиччи», ее снова замутило. Кусочки домашней моцареллы в желто-красном томатном соусе заставили желудок сжаться. Снова в уборную. Аптека «Дуэйн Рид» на Бродвее открыта круглосуточно.

Только она и Стивен знали, зачем швея слегка отпустила лиф свадебного платья и почему Луиза прилегла на двадцать минут, прежде чем надеть свои белые туфли с трехдюймовым каблуком, открытым носком и брызгами стразов. Множество клеток в ее матке активно делились, чтобы в конце концов стать Мэтти Маклином.

2010 год, теплый зимний день, Мэтти в сумке-кенгуру, Луиза, как обычно, гуляет по Морнингсайд-парку, звонок от научного руководителя: Луизе предлагают работу в Рид-колледже в Портленде, Орегон. Научник расхвалил ее перед коллегами; ей следует податься. (Я ведь не могу летать через всю страну туда-сюда? – думала Луиза. У меня же малыш!)

Да. Но таково научное сообщество. Ты должен быть готов отправиться туда, где есть работа. Ты летишь туда, куда надо слетать.

Перелет; молокоотсос упакован в гладкую черную сумку. Луиза в восторге от Рида. От Портленда. От удивительной возможности пожить на другом конце страны, где перед Мэтти откроются просторы, которых он ни за что бы не увидел в Нью-Йорке. Несколько собеседований, предложение о работе по телефону, Стивен открывает дверь, сам едва договорив по мобильному.

– Есть новости, – выпалила Луиза, светясь от гордости и ликования.

– И у меня. – В глазах Стивена мелькнула паника.

Она сглотнула и произнесла:

– Ты первый.

– Джо звонил, – сказал он. – Он у родителей. Мама больна. – Он моргнул и вдруг показался ей моложе и одновременно старше, чем был. – Очень больна. Обширный инсульт.

Луиза отказала Риду; Нэнси Маклин умерла полгода спустя. Луиза была подавлена – должности штатного преподавателя истории не сыплются с неба, они вообще ниоткуда не сыплются, – но старалась скрывать собственные огорчения, потому что Стивена смерть матери подкосила еще больше. Мэтти пошел в детский сад; ни одна из тамошних мамочек, кажется, за всю жизнь не взяла в руки ни одной книги, все, о чем они могли говорить, это первые зубки и мастит. Луиза приходила в Колумбийский, но вела только одну пару. Ее друг Франклин, с которым они когда-то вместе учились, гей-одиночка, получил работу в Чарльстонском колледже. Его ничто не связывало. Луиза старалась не завидовать – и завидовала. Она выступила на конференции, опубликовала статью. Но на пятки наступали новые выпускники.

Дела в «Войс» пошли неважно. Везде была политика, трудно было подняться. Стивен хотел попасть на радио. Была возможность – в «Нэшнл Паблик Радио».

Дни тянутся медленно – такое Луиза слышала о материнстве. Но годы летят.

2011 год, звонок от научного руководителя, с которым они поддерживали связь.

– Отличные новости, – сказал он. – Нет, погоди. Не стоит так говорить. Печальные новости. У исторического факультета в Нью-Йоркском университете потеря. Умер Гэри Розенталь.

– Какой ужас. – Сердце сжалось. Гэри Розенталь входил в ее диссертационную комиссию, ее работа считалась продолжением его трудов. – Грустно слышать, очень. – Она помолчала. Долго помолчала.

У Гэри Розенталя случился сердечный приступ прямо в кабинете. Когда его нашел аспирант, он лежал, уронив голову на книгу «Команда соперников» Дорис Кернс Гудвин, которую перечитывал в шестой раз. Наверное, думала Луиза, это самый подходящий конец для такой легенды, как Гэри.

Будучи единственным ребенком в семье, Луиза сразу сказала Стивену, что не хочет одного ребенка. Так слишком одиноко! Стивен не боялся посмотреть в глаза хаосу – он в нем вырос. Один семестр работы в Нью-Йоркском университете – и к Луизе вернулась знакомая тошнота, предвещавшая Эбигейл. Поиски жилья; трехкомнатная квартира на Проспект-Парк-Уэст; про ценник лучше не думать; переезд.

Двое детей у женщины-профессора уже редкость, трое – это неслыханно. И тем не менее! В ноябре 2014 года появилась Клэр.