Пабло думал, что провести Мардж наверх будет сложно. Ведь она очень-очень высокая. Но она идёт на удивление тихо и осторожно и не натыкается на мебель. Вернее, не идёт, а ползёт на четвереньках – даже по лестнице, которая, по счастью, довольно широкая. Даже по узкому коридору на втором этаже Мардж пробирается ловко и быстро.
Вздохнув с облегчением, Флёр и Пабло спускаются вниз за последней партией гостей. Горные тролли Пополь и Фью с малышом Микелем на руках тихонько входят в прихожую. Всё идёт хорошо, пока Микель не выдаёт такой громкий пук, что Пабло испуганно вскрикивает. Ему показалось, что рушится потолок.
– Ты мой сладкий малыш, – ласково говорит Фью. – Наш будущий чемпион!
Пополь с гордостью улыбается и гладит Микеля по голове:
– Он ещё превзойдёт всех великих героев прошлого. Молодец, сынок. Так держать!
В прихожую выбегает Джеки и встревоженно спрашивает:
– Ребята, у вас всё в порядке? Я слышала, как Флёр кричала.
Флёр обиженно морщится.
– Это не я. Это Пабло.
Пабло густо краснеет. Он открывает рот, чтобы возмутиться, и вдруг задыхается от бьющей в ноздри волны зловония. Как будто кто-то обмакнул тухлые яйца в бензин, смешал их с кусочками испорченной рыбы, съел и сходил в туалет по-большому, при этом страдая ужасным поносом. Что-то вроде того, только в десять раз хуже.
И Пабло, и Флёр зажимают носы.
Раздаётся ещё один громкий треск, похожий на выстрел из пушки. Стёкла в окнах дрожат. Только бы они не разбились! Пабло хочется выскочить за порог, чтобы спастись от ужасного запаха, но нельзя оставлять горных троллей одних.
Давина кричит:
– Что так воняет?! Кто-нибудь, закройте дверь!
Джеки удивлённо глядит на ребят.
– А чего вы зажали носы? Это такая игра? – Она тихонько хихикает. – Или кто-то пукнул?
Флёр и Пабло качают головами.
– Нам надо идти, – гнусаво произносит Пабло, по-прежнему зажимая пальцами нос.
Флёр спешит увести горных троллей наверх. Подъём по лестнице сопровождается относительно малыми выхлопами – то ли от малыша Микеля, то ли от его родителей. Пабло не знает и не хочет знать. Он задыхается, его тошнит, и если всё это не прекратится в ближайшее время, его точно вырвет. Воняет так сильно, что кажется, он пробирается через завалы собачьих экскрементов.
Войдя к себе в комнату, Пабло быстро закрывает дверь, бежит к окну, распахивает его настежь и жадно хватает ртом воздух.
– Какой приятный комплимент! – говорит Фью в восторге, что Пабло чуть не задохнулся. – Вот какой молодец наш Микель!
Пабло оборачивается и видит удивительную картину. Кто бы мог подумать, что в его комнате соберётся столько гостей из другого, волшебного мира!
Томаз Воин сидит на полу рядом с кроватью, как заворожённый, смотрит на балдахин и задумчиво жуёт уголок одеяла. Гогблинги Мо, По и Ло стоят в уголке, разговаривают и смеются. Грюмоклюв Маариу носится по комнате, хлопая крыльями, непрестанно ворчит и делает всем замечания, мол, ведите себя потише, или не портите воздух, или не путайтесь под ногами. Мардж сидит, прислонившись к стене и немного пригнувшись, чтобы не упираться головой в потолок. Она наблюдает за остальными с мягкой, довольной улыбкой. Ойо и Крач прыгают на кровати и дерутся подушками, повизгивая от удовольствия.
Лесные нимфы самые тихие. Они уселись в кружок и сидят с закрытыми глазами, держа руки на коленях.
– Что они делают? – спрашивает Пабло у Флёр.
– Посылают в мир добрые мысли, чтобы у нас получилось открыть портал.
– Они молятся?
– А что это такое?
Пабло смеётся, но не над Флёр.
Он будет очень скучать по её бесконечным вопросам.
– Это не важно. Ну что, ты готова?
Флёр кивает. Они собирают всё необходимое для заклинания и выходят из комнаты.
– Удачи! – говорит Мардж.
Комната в башне и вправду пустая. Кроме странных символов на каменных стенах и дощатом полу, там нет ничего. В окно светит полная луна.
Пабло открывает книгу заклинаний.
– Сначала надо нарисовать круг. Круг – это…
– Я знаю, что такое круг, – перебивает его Флёр.
– Да. Извини.
Флёр берёт белый восковой мелок и, высунув от усердия язык, рисует на полу почти идеально ровный круг.
Они всё готовят спокойно и тщательно. Выжимают в миску сок трёх лимонов, ставят миску на линию круга. Кладут яйцо, камень и ветку берёзы. Пабло весь напряжён, как туго натянутая струна. Он вздрагивает от малейшего звука – например, когда Флёр тихонько откашливается. У него вспотели ладони, во рту пересохло. Он надеется, что эта сухость не помешает ему правильно произнести нужные слова. К счастью, чародей перевёл заклинание на современный язык. Произносить незнакомые слова на непонятном древнем языке было бы гораздо труднее.
И вот всё готово, и пора приступать к самому главному.
Пабло прочищает горло и говорит громко и чётко:
– Соединяю луну здесь и там, соединяю миры здесь и там, пусть эта связь будет прочной и теперь, и всегда, пока в небесах светит луна. Портал лунного света, путь между мирами, откройся!
Флёр и Пабло стоят затаив дыхание. Они пристально смотрят на круг, не решаясь пошевелиться.
Ничего не происходит.
Совсем ничего.
