— Да Макар Григорьевич так по Тергороду носится, что не поймать! – заверил ее Тилль и хлопнул Тихомирова по плечу. – Это он здесь, на природе такой вялый, а там преображается. Так что выгуляю его, даже не сомневайтесь, заодно свои дела доделаю.
— Вы, главное, еду больше не покупайте. Лучше вон Ярину попросите, она вроде бы не так глазами скорбна.
— Глаша! – возмутилась я, а та только покачала головой и вернулась к работе.
Тилль действительно вызвался отвезти нас в город, чему я была только рада. Не после вчерашних приключений бежать через лес с портфелем, хотя и ему будет непросто так далеко ехать.
— Глаша да Глаша, — бурчала она. – Только то от вас и слышу. Помогли бы лучше, в лес сходили, за грибами. Как раз погода подходящая.
— Вечером сходим, — отмахнулся Тилль, не слушая ее дальнейших возмущений.
По дороге в город все больше молчали, только и было слышно, как шмыгал носом Макарушка и сдавленно кашлял в платок. Я же твердо решила отпросить с пар и наведаться к отцу на работу. Он этого не любил, но нужно расспросить про Глашу и точно не дома. Не хочу видеться с матушкой, да и отец без ее надзора будет говорить охотнее.
Только, с чего же мне уйти? Современная фарузская поэзия? Нет, там такой строгий преподаватель, потом зачет не сдашь. Физическая подготовка? Еще хуже, там мне «хорошо» ставят только из жалости и за то, что представляю университет на стельбах. Сбегу с древнеитилийского. Все равно на нем ничего полезного, кроме рецептов на лекарства не пишут. И названия болезней еще, чтобы пугать ими больного.
Но до него еще две пары, а я никак не могла выбросить Глашины странности из головы. Она жила у нас, помогала по хозяйству, а потом поехала со мной. Что если не из желания поддержать? Вдруг это было ее задание? Или какой-то личный интерес? И, конечно же, не ко мне, а к дому госпожи Вильхоф?
Я раз за разом прокручивала это в голове и поражалась, как раньше не заметила все несостыковки. Глаша и готовила, как в ресторане, и специально прятала внешность под нелепой одеждой. Даже купленные мной платья она ухитрялась прикрыть жилетками, платками и фартуками, делавшими ее похожей на старуху.
Да ее даже коты боялись. А это настоящие монстры!
— О, Белокосова! – на меня царственно выплыла Крыжевская, сжимая в руках стопу учебников. Сегодня она еще не успела накраситься, поэтому выглядела непривычно бледной. – Куда пропали?
— Извините, из-за погоды не смогла выбраться.
— Ах, не волнуйтесь, — улыбнулась она, — университет без вас не рухнул. А если вдруг не поймете какую-то тему – не стесняйтесь обратиться ко мне. Объясню сама или попрошу кого-то из коллег.
Я вежливо улыбнулась и кивнула. При всем моем к ней уважении, Крыжевская не слишком хорошо разбиралась в языках. Да та же Иринка быстрее и проще объяснит мне пропущенное, без лишнего пафоса и воспоминаний о прошлом. Но один вопрос у меня все же был.
— Пелагея Игоревна, я тут собираю материал для одной статьи, не подскажете, как определить мага? Имею в виду, если ты обычный человек?
— Вы все поймете, когда он обратит вас в жабу, — рассмеялась она. – Так говорил наш преподаватель. На самом деле никак, если только он сам не проявит себя, зачитав заклинание. Но это такая ерунда! Кто же станет скрывать свой статус? Это только в дамских романах есть переодетые князья и таящиеся маги.
Ох если бы. Я поблагодарила Крыжевскую и заверила, что мы старательно ищем ее книжку. Вдруг все же повезет и найдем. Тилль или я… И что же тогда?
***
Вообще-то Тилль не рассчитывал на компанию Макара, тем более постоянно и сипло кашляющего. Но тот вцепился в него клещами и заверил, что после короткого посещения аптеки будет снова бодр и превратится в молчаливую тень. Которая, конечно же, нисколько не помешает заглянуть в магическое управление и расспросить там о карьере и наградах Астрид.
Но вначале аптека. Они немного покружили по Тергороду, выбирая ту, в которую ходили Тихомировы, затем – парковочное место неподалеку. Макар в процессе кашлял, шмыгал носом и давал ценные советы, куда крутить руль и когда поддавать газу, отчего Тилль едва не сшиб фонарный столб.
— А ты умеешь водить? – не выдержал он.
— Матушка давала пару раз порулить, дело-то нехитрое. Но волнений много, а у меня сердце слабое, — шумно вздохнул Макар.
— И как же ты с такой конституцией собрался ухаживать за Белокосовой?
— Да уж не запираясь с ней в подвале, — огрызнулся он. – Подлый поступок, и по отношению к барышне, и к нашей дружбе.
Тилль не стал уточнять, когда же именно зародилась их дружба, как и оправдываться за ночевку в подвале. Ситуация, конечно, скверная, зато узнал много нового об Астрид, доме и себе. Не думал, что сможет целую ночь не спать, лишь бы одна несносная рыжая девчонка безмятежно дремала на его плече, не страдая от холода и страха. Отчего сейчас в глаза будто песка насыпали и гудела голова, при этом хотелось глупо улыбаться непонятно чему.
Но лучше бы в другой раз им ночевать в более комфортной обстановке.