Мы двинулись к выходу из столовой, и папенька трогательно, но цепко поддерживал меня под локоть, причём у меня было чёткое ощущение, что он это делал исключительно для того, чтобы я не сбежала. Хотя куда я могу деться в чужом дворце в чужом мире – было совершенно непонятно.
Я ожидала, что мы окажемся в каком-нибудь огромном пафосном зале с гигантским мрачным алтарём в центре и полотнищами паутины по углам под потолком. По моим представлениям, место, где проводятся обряды, должно было выглядеть как-то так. Поэтому действительность меня даже слегка разочаровала.
Вслед за быстро шагавшим Хоршафом мы поднялись по узкой каменной лестнице и вскоре уже входили в небольшую комнату, в которой из мебели был только круглый стол в центре. На столе расположился здоровенный стеклянный шар, в котором словно были заключены сотни, может быть, даже тысячи молний всех мыслимых и немыслимых цветов. Они бурлили, кипели, взрывались, гасли и снова вспыхивали, создавая невероятную, завораживающую своей нереальностью картину.
– Это камень истины, – с гордостью проговорил папенька, – именно он определяет наличие нашей силы, её количество и уровень. Также он может подсказать, в какой области лучше использовать способности того или иного демона.
– И что я должна сделать? – я с некоторой опаской посмотрела на переливающийся яркими вспышками шар. Трогать его было откровенно страшновато – а ну как какая-нибудь особо шустрая молния вырвется из плена? И останется от меня только горстка пепла на каменном полу. А я не могу – у меня там враг силы копит на севере, мне вернуться обязательно надо!
– Положите ладонь вот сюда, – мягко проговорил Хоршаф и показал на небольшое углубление в сияющей поверхности шара. – Ничего не произойдёт, уверяю вас, шаррита! Сначала вы почувствуете приятное тепло, потом, скорее всего, лёгкое покалывание, но совершенно не болезненное, не волнуйтесь. Затем шар определит, насколько вам подвластна наша родовая сила и покажет это. Если наша кровь в вас сильна, шар станет алым, если процент демонической природы невелик – в жёлтый, а если её совсем мало и вовсе нет – в белый. Но последний вариант мы даже не рассматриваем.
– Хорошо, – я вздохнула, прекрасно понимая, что вариантов всё равно нет, пройти проверку шаром придётся в любом случае. – Под вашу ответственность!
Невольно задержав дыхание, я положила ладонь в указанное углубление и почувствовала вдруг, что шар – живой. Что это не бездушный артефакт, механически определяющий процентное соотношение демонической силы по отношению к другим, а разумное существо, со своим характером, мыслями и даже чувствами. Сейчас, например, ему было чрезвычайно любопытно, потому что к нему давно не приводили существ, похожих на меня. Откуда-то я точно знала, что он воспринимает меня именно так – как непонятное существо. И ему тоже очень любопытно, что я из себя представляю.
Ладони, как и предупреждал Хоршаф, стало тепло, словно я опустила её в подогретую воду или выставила на ласковое весеннее солнышко. Затем я почувствовала, как кожу стало легонько покалывать, но не больно, а осторожно, бережно. Молнии, наполняющие шар, сначала замерли, а потом начали какое-то уже не хаотичное, а вполне себе упорядоченное движение. Они то закручивались в водовороты, то свивались в затейливые спирали, то рассыпались яркими искрами. Зрелище это было невероятно красивым, и я пропустила момент, когда оно настолько затянуло меня, что я уже была не в силах оторвать взгляд от бешено мелькающих разноцветных вспышек. Последними крохами сознания я успела уловить встревоженные возгласы папеньки и мэтра Шареха, а потом меня подхватила и закружила в своих объятиях абсолютная темнота.
Глава 8
Келен
Я не стал спрашивать Лиама, почему амулет Ока вызвал у него такую реакцию: успев достаточно хорошо изучить своего помощника, я знал, что рано или поздно он сам скажет мне всё, что сочтёт нужным и возможным. Сейчас же гораздо более важным был визит к логову кайроса. Он успеха или провала этой миссии зависело не просто многое, от этого зависело практически всё. Если я не справлюсь, можно попрощаться с домом в Невидимой горе и титулом Повелителя Франгая. Со мной просто никто не станет считаться, ибо проигравшие и неудачники никому не интересны, это я прекрасно усвоил ещё по прошлой жизни.
Был у меня когда-то знакомый капитан пиратской багалы, о котором в определённой среде ходили настоящие легенды. Каждый, кого он брал в свой экипаж, страшно этим гордился. Но однажды он напал на большой императорский торговый караван и был разбит силами противника. Вроде бы всё понятно и объяснимо, но его репутации был нанесён непоправимый урон, и постепенно из легенды он превратился в посмешище, а потом его просто забыли. Никогда не нужно откусывать больше, чем можешь проглотить – это я понял тогда очень чётко и запомнил навсегда. Хотя эти знания и не уберегли меня самого от подобной ошибки, ну да это дело прошлое. Главное – не повторить её снова.
