Я глядел, как из-под воды стали подниматься участки суши, как отдельные острова, постепенно поднимаясь все выше, превращались сначала в архипелаги, (группы больших и малых островков), а затем в целые материки и континенты. Как в ускоренном кино, вырастали горы, реки пробивали себе дорогу в пустынях, и вот на их берегах появились первые, еще неуверенные зеленые пятнышки, а затем в миг, голые пустыни безжизненных материков, вдруг превратились в самый настоящий зеленый ковер, с деревьями и травой. С великолепными цветами и всевозможной растительностью.
Эта картинка, особенно сильно напомнила мне здешний наш парк внизу, где точно так же буйствовало яркое царство растений, которое не могло оставить равнодушным даже самого закостенелого скептика.
На экране, постепенно небо очистилось и посветлело, весь дым и пепел растворился в океанах и в почве, а над землей засияло яркое солнце, и луна со звездами, завертели свой вечный хоровод.
Затем, довольно быстро промелькнула эпоха зарождения жизни, когда в бескрайних водных просторах, вдруг заиграли хвостами огромные рыбы, взметнулись ввысь фонтаны воды и пара. Тут же где-то над этими просторами, появились крылатые создания, которые с радостным криком носились над волнами, оповещая юный мир о своем рождении. А еще через несколько кадров, вся видимая поверхность, была заселена различными животными, пресмыкающимися, и прочей всевозможной живностью.
Казалось, один большой глаз пролетал над лугами и лесами, над полянами и озерами, над морями и реками. И везде, повсюду кипела жизнь. Это было великолепное зрелище, поневоле на глаза навернулись слезы.
«Что ни говори, а братья наши меньшие это поистине чудо! Как же я соскучился по всем им! Ведь здесь в доме не было даже самой завалящей букашки, даже обычного лесного муравья, здесь никогда не увидишь, ни то что по крупней чего. Жаль, очень мне недостает всей этой их жизнеутверждающей суеты. Так что порой казалось, найди я здесь хотя бы самого обычного таракана, обрадовался бы ему как лучшему другу. Но увы, этот мирок был заселен лишь одним видом млекопитающих, и этот вид, похоже, катился куда-то в пропасть».
Третий фильм, продолжал ту же библейскую линию, и озаглавлен был так:
В этом видеоролике прослеживался очень наглядно вектор деградации человечества, вплоть до всемирного потопа, Ноя и его огромного плавучего ящика с образцами фауны.
Главное что запомнилось, первые люди на земле. Это были поистине совершенные существа.
Я не знаю, как описать их. Здесь напрашиваются одни лишь усилители смысла и прочие междометия. Но одно можно сказать точно, это был самый обыкновенный Абсолют.
Чего только стоила Ева. Это существо, было настолько исключительно гармонично, что мне казалось, лучше б я не видел этого всего, поскольку после таких совершенных линий и эталонных форм, я стал казаться себе полнейшим ничтожеством. Каким-то недоструганым Буратиной.
Глядя на первого человека, созданного самим Творцом, я понимал, что никогда еще не видел ничего подобного. И этот совершенный образец мужской красоты, был отличным свидетельством совершенного, эталонного чувства прекрасного, коим обладает наш Создатель.
Однако, скоро события в этом дивном саде, покатились по уже известному сценарию, и закончилось это тем, что Бог уничтожил в глобальном катаклизме все живое на земле, оставив лишь восемь человек, и полный набор образцов фауны, которые пережили весь этот грандиозный водный потоп, в большом таком, деревянном ящике.
Фильм четвертый озаглавленный как:
Больше был похож на одно большое слайд-шоу. Честно говоря, многое из увиденного здесь, было мне попросту непонятно. Возможно удели в свое время больше исследованию этой величайшей книги, все эти картинки, мелькавшие передо мной, были бы легко и просто идентифицированы, а так, я лишь попросту наблюдал за сменяющимися лицами, событиями и эпохами.
Я узнал в одном из отрывков, Египет с его пирамидами, затем, очертания какого-то древнего города с двойными стенами, напомнившим Вавилон. Очень много здесь было военных сражений. На некоторых картинках виднелись целые поля из трупов людей и животных. На других, бесконечными шеренгами уходящими вдаль, шагали чьи-то воинства. И по убранству, и по оружию, я с трудом мог что-либо определить, но кое-что из увиденного напомнило мне, прочитанные однажды истории Израильского народа с его храмом, жертвенником и прочими атрибутами той эпохи.
