— Запрос принят! — ответил бесстрастно женский голос, — Милена Рудак, андроид биоимитант. Предназначен для работы с психоматрицами участников проекта. Рабочая зона три восемь три один телепорт корпускулярный. А так же загрузочный сектор любого уровня. И тут, перед моим взором появилась Милена. Такая же прекрасная и недоступная машина, которая так запала мне в сердце.
— Данный андроид является моделью биоимитацией премиум класса. Обладает высочайшим уровнем доступа в личностные зоны всех участников проекта. Поэтому в данном типе андроидов используется оригинальная психоматрица человека. При всех возможностях искусственного разума подобного моему, в сфере психоадаптации, по этическим причинам, имеет права работать только человек.
— С кого была снята матрица? — спросил я, уже понимая, в чем дело.
И тут, рядом с первой картинкой, появилась вторая. На ней была точная копия Милены, за исключением выражения лица. Если андроид Милена смотрела на меня серьезно, и даже строго, то Милена со второй фотографии выглядела настоящей проказницей. Лукавая улыбочка, Смешливые ямочки на щеках, хитро сощуренные глаза.
— Милена Витальевна Рудак, родилась в две тысячи двадцать пятом году, в Украине. Эмигрировала с родителями в США в две тысячи тридцать первом. окончила Массачусетский технологический университет, Работала над созданием искусственного интеллекта, в лаборатории закрытого центра имени Вашингтона. Погибла в автокатастрофе, в возрасте двадцати трех лет. Матрица снята за девяносто секунд до биологической смерти. Из всех имеющихся в наличии психоматриц, способных работать в условиях дома, оказалась самой устойчивой к стрессам, и обладающей наивысшей психоадаптивностью. За время работы в проекте, сбоев и нарушений не имела.
— Где сейчас находится Милена Рудак?
— Андроид Милена Рудак, находиться сейчас в техническом секторе нулевого уровня.
— Как я могу связаться с ней?
— Связь с ней сейчас невозможна. Андроид Милена Рудак прибывает в режиме гибернации.
— Как я могу вывести ее в нормальный режим? — спросил я обнадеженный детальными ответами.
— Возврат в рабочее состояние невозможен. Происходит метаморфирование. Данный андроид, выполнил поставленную перед ним задачу, и выведен из рабочих зон проекта.
— То есть как выполнил?
— Последний участник проекта появился одиннадцать месяцев восемь дней назад, после загрузки его личностного субконтента, Милена Рудак была выведена из рабочих зон проекта, и находиться с тех пор в режиме гибернации.
— Что она так там и останется, до конца времен?
— Нет. Ровно семь часов назад, окончился цикл биосинтеза. А через пять часов сорок восемь минут, начнется загрузка психоматрицы в оригинальный бионоситель. И через шесть часов восемнадцать минут, Милена Витальевна Рудак будет телепортированна в объем проекта.
— То есть, она появиться как и мы все, где-то там на полянке в парке? И в каком теле? — зачастил я, обгоняя мчащиеся галопом мысли.
— Предлагаю взглянуть на схему проекта!
В следующий миг я увидел тот самый расстрельный пирог, что висел на стене в диспетчерской отдела. Только здесь все было куда объемнее и точнее. На схеме высветилась зеленая точка, указывающая на большую поляну в центре знакомой мне рощи, в третьей зоне пятого отдела. Я бывал там не раз, и прекрасно помнил те места. А тем временем, компьютер дома продолжал вещать:
— Зеленый маркер указывает финальную зону телепортационного луча. Здесь Милена Витальевна Рудак, возродится к жизни в своем человеческом теле.
— Но там же сейчас полнейший бардак! Как вы можете ее туда выбрасывать?! — повысил голос я, моментально поняв куда по прихоти какой-то железки, попадет моя Милена, — Вы обязаны прервать телепортацию! Или перенести ее на более спокойное время! Там внизу сейчас убивают и насилуют. Лучше переждать этот период.
— Процесс остановить невозможно! — равнодушно отвечал тем временем искин дома, — Эта область находится вне доступа моих управляющих цепей. Информация, поступает по узкому каналу, не предназначенному для двухсторонней связи. Возможно главный искин дома, спрогнозировав все вероятности, посчитал данное время и место оптимальным. Повторю, я не обладаю полными данными.
— Мне нужно подумать! Выпусти меня пожалуйста! — попросил я, закипая, готовый вот-вот обругать все это тупое железо, что называет себя интеллектом. И которое сейчас играючи посылает, прослужившую этому дому чуть не тысячу лет девушку, на верную гибель.
Я метался из угла в угол, как зверь в клетке, в огромном алом зале, и мысли мои были одна другой чернее.
«Я конечно все понимаю! Люди, проект, новые тела. Все это здорово. Но ведь страдаем-то мы, не в каком-то виртуальном мире, а совершенно по-настоящему. И если тут насилуют, то не голограмму какую-то, а тело из плоти и крови. И если убивают, то тоже навсегда, и при этом нам, очень-очень больно! И как быть? Что за…?»
Наконец, решившись, я вскочил на черный диск как в седло коня, готовый мчаться куда-то галопом, а когда в моей голове вновь зазвучал слащавый голос искина, я понял, что буду делать.
