Весь вечер, сидя в уютной гостиной, где Шерри опять включила очередной морской пейзаж, мы наслаждались общением, и удивительной атмосферой мира и покоя. Но я периодически, неким восьмым чувством, ощущал, все ближе и ближе тот миг, когда мне снова придется вступать в неравный бой.
«И до каких пор? До каких пор, простые девчонки и парни, будут дрожать в ожидании какой-то пакости от всех этих гадов из совета? Не уж то нельзя собраться, и устроить самую настоящую революцию? А впрочем, уже было, и не раз. В итоге одних гадов, сменяли на других, и не всегда последние были лучше прежних, чаще наоборот. Так что придется ждать, когда дом сам посчитает нужным прикрыть-таки эту лавочку».
Мы постелили нашей новенькой, на диване в гостиной, так как от предложения перейти в спальную Шерри, она отказалась. И искупавшись всей компанией в бассейне, что привел в восторг Милену, отправились на боковую.
Лиза моя была в эту ночь особенно нежна, а после горячих ласк и объятий, уже начав было, проваливаться в сон, я неожиданно услышал ее тихие всхлипывания.
Поняв, хоть и дико устал сегодня, что так оставлять дело нельзя, я, аккуратно взяв свою половинку на руки, и укутав в одеяло как маленькую, стал нежно целовать ее глазки, и щекотать реснички, пока Лиза сама не рассказала в чем дело.
Оказывается, последние слова Милены, которая по неосторожности, при девчонках намекнула на возможные перспективы в отношениях, Лиза прекрасно расслышала. И видя перед собой настоящую красавицу, которая просто затмила их всех, решила, что ее Алекс, сразу же бросится к этой новорожденной в объятья.
Заливаясь горючими слезами, мое чудо, шепотом просила меня не бросать ее, и что она не сможет жить, и что иначе, зачем тогда вообще все? Я давно ожидая чего-то подобного, совершенно открыто сказал Лизе, что познакомился с Миленой в первые же дни своей здесь жизни, и что она действительно поразила меня. Однако сейчас, для Милены по-настоящему трудный период, и лучше было бы, если бы они с девчонками не ревновали попусту, а поддержали эту, в общем-то, хорошую девушку, прослужившую библиотекарем чужих воспоминаний целую тысячу лет.
Успокоив свое сокровище, и обняв ее, горячую и родную, прижавшуюся к моему боку, я наконец, окунулся в сладкие волны Морфея.
Я был зверски вымотан, ведь с вчера так и не сомкнул глаз, а уж как утомила та бесконечная ночь, и говорить не стоит. Так что отключился я моментально, и спал без сновидений, как убитый.
Ну а утром, едва проснувшись, первое что увидел, это глаза моей Лизы. Она, сидела тихонько рядом со мной на постели, одетая и причесанная, и глядела на своего суженного, с притаившейся в глубине зеленых озер смешинкой.
Я знал, что если Лиза так вот смотрит, жди новостей, и причем серьезных.
— Что? Я проспал конец света?
— Нет, Конец света только намечается! — ответила, пряча улыбку моя милая, — Милена не дождавшись завтрака, поднялась на террасу. А там ее взяли в плен наши ребята. Ты бы видел их лица. Словно богиню увидали! Ну вот она от них отбиться и не может. Так что просыпайся скорее! Иначе там начнутся дуэли, поединки, и прочие рыцарские турниры.
Я понимал, любопытство сильная вещь. Видно, посчитав время до завтрака вполне себе безопасным, наша новорожденная, решила глянуть на так ярко расписанный нами верхний сектор.
«Ну что ж, придется выручать!»
Одевшись и умывшись, я неспешно, (пусть прочувствует цену столь легкомысленного поведения), поднялся наверх. А ступив на белые плиты, озаренные лучами утреннего света, услышал гул толпы.
Новорожденную окружила самая настоящая Фан-группа. Не скажу, что местные ребята отличались чрезмерной эмоциональностью, или несдержанностью, но видно, эта девушка была действительно чем-то особенным. Я приблизился к весело гомонящей толпе, и с высоты своего роста, разглядел в центре водоворота растерянное лицо Милены.
«Да, эти освобожденные, действительно, слегка перебарщивают».
Растолкав аккуратно поднимавшихся на цыпочки ребят, я хоть и с трудом, но все же, протиснулся на середину. Когда наша новорожденная увидала меня, в больших ее глазах, заиграл такой свет, что я едва не растоптал какого-то беднягу, угодившего под ноги. Она рванулась ко мне с отчаяньем утопающего, от чего я подумал: «Больше Мелена так просто из нашего модуля не выйдет!»
— Алекс! — воскликнула она, — Я искала здесь ту картинку, о которой говорили наши девочки! — и ухватившись за меня, как за спасательный круг, тихо попросила: — Пойдем отсюда. Пожалуйста!
Я глядел в ее синие озера, и сердце мое стучало так, будто я только пересек финиш стометровки. Вчера я видно плохо разглядел Милену. Сейчас, на ярком солнце, удивительная, свежая и прекрасная, она казалась мне неким неземным существом. Ясный открытый взгляд сказочной принцессы, милый овал лица, маленький точеный носик, темные, красиво очерченные полные губы, великолепные блестящие волосы, прекрасная фигурка. Милена улыбалась мне как-то по особенному, я чувствовал это. И мне казалось, что за этот миг, где она так вот смотрит на меня, я готов отдать все на свете.
