- Дорогие мои друзья! Уважаемые гости! Мы все собрались здесь в этом прекрасном доме, этим вечером, что бы отметить окончание моей учебы и вступление в должность патрульного! Я хочу сказать, что для меня будет великой честью работать с такими замечательными людьми! Все вы наверное хорошо помните, каково приходится поначалу здесь новорожденному. В первые минуты, в первые часы и дни, мы все здесь были очень беззащитны. Мы пребывали в недоумении и страхе. Многие из нас наверное, еще помнят те странные видения и провалы в памяти. Боль от воспоминаний, радость первых знакомств! - и обведя глазами притихшую публику, встречая понимающие, красноречивые взгляды, продолжил: - Так вот. Мне, новорожденному Алексу, повезло неимоверно! Я признаю это. Однако в том не моя заслуга. И прежде всего, всем, что у меня сейчас есть, я обязан своим друзьям. Конечно это моему замечательному наставнику и прекрасному человеку Роману Ешкову! - повернувшись к порозовевшему Роману, я сказал: - Ты стал для меня здесь настоящей опорой Рома. Спасибо тебе огромное за все!
- И продолжив, вновь обратился к присутствующим: - Конечно, столь же большой вклад в моем обучении привнес так же хороший друг, и настоящий педагог Лукьян Нипрук! - я обернувшись так же и к Лукьяну, искренне поблагодарил его: - Спасибо огромное за школу и за все остальное! Ты просто здорово махаешься. Но поскольку настоящий ученик должен быть лучше учителя, то готовься, скоро я наваляю тебе! За все твои издевательства!
Зазвучали аплодисменты и громкий смех, отлично понимавших все патрульных. Такими шуточками заканчивались почти все наши с Лукьяном поединки. Так что мой инструктор улыбаясь во все 32, Ответил привычно:
- Ага, наваляешь! Памперс подтяни сперва!
И дождавшись когда развеселившаяся компания притихнет, завершил свой монолог:
- И наконец, Самым близким, и не побоюсь этого слова, родным человеком здесь, стала для меня моя дорогая Шерри! - взглянув в мокрые счастливые глаза своей помощницы, поставив ее рядом с собой, я сказал: - Все вы прекрасно знаете Шерри. И пожалуй, лучше всех поймете меня. Это милое создание, было для меня эти дни и матерью, и сестрой, и другом, и сиделкой, и кухаркой. Да и весь этот чудесный вечер, устроила именно она. Вообще, лишь благодаря Шерри, в те первые дни, я сохранил рассудок и ощущение полноты бытия.
- Я повернулся к раскрасневшейся донельзя Шерри, и под громкие аплодисменты, поцеловал ее, прошептав в розовое ушко:
- Спасибо, милая! - и отвечая на ее давнишнюю просьбу, озвученную еще там на гранитных ступенях у пруда, добавил: - Я обещаю! - а увидев огонек понимания в ее глазах, обращаясь к гостям, закончил: - Что ж, надеюсь, мы и дальше будем всегда вместе! И даже самые страшные испытания не помешают нам здесь быть счастливыми! В этом, пусть и немного странном, но все же, замечательном и уютном доме!
На лицах собравшихся сияли улыбки, а кое-кто из девчонок расчувствовавшись, утирал слезы. Праздник омрачил лишь один момент, наш глубокоуважаемый шеф так и не явился. Оказалось, Притория вызвал к себе на совещание верховный Леон, глава черной военщины. Что у них были там за вопросы неясно, однако прислав по коммуникатору короткое сообщение, Приторий написал: "направляюсь срочно к верховному Леону. Прийти не смогу".
Отсутствие шефа, вызвавшее поначалу огорчение, быстро забылось, и вечер покатился веселой и шумной кибиткой, все быстрее набирая ход. А когда совсем разошедшиеся гости, устроили в освободившейся столовой танцплощадку. И с громким гиканьем стали выплясывать под невесть откуда взявшийся банджо, мне захотелось чуть освежиться. Поймав пробегавшую мимо с большим подносом Шерри, я спросил:
- Ты не устала? Давай спустимся вниз, на полчасика?
На что Шерри, лишь коротко кивнув, и стащив свой розовый передничек, потянула меня за собой, сквозь гомонящую толпу.
Обнаружив в тени большого раскидистого дерева приметную лавочку, мы уселись рядышком, вдыхая свежий ночной воздух, наполненный приторными ароматами гигантских темно фиолетовых бутонов, что росли на поляне прямо перед нами. В голове слегка шумело, и после душной гостиной, здесь было чудо как хорошо. Где-то за деревьями расположилась большая компания, однако галдели они несильно, так что сидеть здесь, прижав к себе притихшую Шерри, и глядя на поблескивающие тут и там, разноцветные огоньки копошащихся в траве киберов, было очень приятно.
Мы долго сидели вот так, молча, вслушиваясь в живущий своей ночной жизнью парк. А когда мне показалось, что пауза как-то слишком затянулась, Шерри тихо спросила:
- Ал, а как ее звали, твою девушку?
Вопрос этот застал меня врасплох, и поэтому ответил я не сразу.
- Ее звали Катя. Мы собирались пожениться.
- Я знаю. Она была хорошая. И еще все у нас знают, что ты спас ее!
- Дао... - протянул я, - Это неприятная история. Мне не хочется об этом вспоминать.
