- Послушай! Меня шеф послал! К этим ... ну ... патрульным что захватили. Где они не подскажешь?! А то я никак не найду?
И видно действительно, куда-то торопившийся парень, на бегу махнув себе за спину, бросил:
- В сто пятнадцатом они! Там главный их допрашивает! - и даже не глянув в мою сторону, поспешил дальше.
А я, еще не веря в удачу, рванул в указанном направлении.
Комната 115 находилась в дальней от лифта части жилого сектора. В тихом закутке, который я едва отыскал, ориентируясь по табличкам. Перед обычной, ничем не отличающейся от соседних, пластиковой дверью, никого не было. И достав свой верный ИП, я прислушался. За дверью явно что-то происходило. Оттуда доносились громкие голоса и глухие удары.
"Ну что ж! Открывайте! Доктор пришел! Снотворное принес!"
Влетев в помещение как бешенный Электровеник, попутно зашибив кого-то распахнутой от солидного пинка дверью, я от пояса засадил длинный импульс в противоположную от входа стену. Там, за приличного размера столом, сидело человек семь главнюков. И здесь же не отходя от кассы, уже короткими положил троих бросившихся на меня было, охранников.
"Да! Расслабились! Почувствовали вкус победы! Так вас и рас так!" Еще не успели главные бунтовщики тудукнувшись мордами о столешницу, свалится под стол, как все уже было кончено. И тут, я увидел Романа.
Слева вдоль стены, на высоте моего примерно роста, на мощных, явно самопальных креплениях, была протянута толстая труба. На ней, скованные наручниками, висели трое наших. В одних плавках, избитые и замученные, со следами пыток на теле, они радостно улыбались мне как детки, неожиданно нашедшие потерявшуюся мамку. Быстро отстегнув их, я оглядевшись спросил потирающего затекшие руки Романа.
- А где остальные?! Это что все?!
Вместо Романа мне ответил крепкий на вид, черноглазый патрульный которого я не раз видел в нашей жилой зоне, но так и не удосужился познакомиться. Коротко глянув на Лукьяна, третьего так же облегченно потирающего руки патрульного, он сказал:
- Да где там! Нас сюда с завязанными глазами привели! А наших еще человек двадцать быть должно.
- Ну, это не проблема! - отмахнулся я, - Были бы живы, а найти мы их найдем в момент. Я Вас нашел минут за десять, только вот непредвиденные обстоятельства помешали раньше начать поиск.
Вытащив четвертого, валяющегося за дверью оглушенного охранника на середину комнаты, и пристегнув к стоявшему там специально для этих дел хитрому табурету, легонько похлопал того по щекам. Увидев, что клиент очнулся, я быстро узнал все что нужно.
Зрелище валяющихся в разнообразных позах господ товарищей, еще недавно чувствовавших себя тут хозяевами жизни, а сейчас сильно попахивающих, (кто-то из верховных получив импульс видно, наложил-таки в штаны), очень побуждало к откровенности. Так что не пришлось даже применять никаких методов экспресс допроса.
Выяснилось следующее: Остальные 22 плененных патрульных, и еще с десяток каких-то неопознанных личностей, содержат в одной из комнат технического сектора на этом же этаже. А снаряжение и оружие, что роздали по рукам, а что хранится в личных апартаментах Самого. Так что, у меня сразу возник рискованный, но очень интересный план. Одним ударом можно будет сразу покончить с бунтом, и освободить сотни блокированных на верхних этажах, ни в чем неповинных граждан.
Коротко переговорив с освобожденными патрульными, что рвались в бой как зеленые новички, незаслуженно обвиненные в трусости, я, видя такое служебное рвение, нагло пользуясь правом освободителя, изложил им свою задумку. И Ребята не размышляя согласились.
Быстро напялив на себя зеленые робы охранников, прихватив их идентификаторы, галопом помчались освобождать заключенных. А я немного пошарившись по кабинету, нашел все индивидуальные жетоны, без которых, не откроется ни какая дверь любого мало-мальски защищенного жилья. И щелкнув слабым импульсом последнего охранника, аккуратно сняв его со стула и положив на пол рядом с его подельниками, как мог быстро, опережая грозившую скоро начаться панику, поскакал вверх по лестнице на пятый этаж. Именно там, в переделанных под нижние элитные уровни апартаментах, проживали со слов охранника, все зачинщики этой бучи. Так что, если я успею до начала всеобщего кипеша, добраться до хранящегося там оружия, можно будет сразу приступать ко второй части Марлизонского балета.
Я успел. Установив пару рекордов в беге с препятствиями, едва не затоптав группу каких-то малявок в зелененьких туниках. Крича попадавшимся на пути и слишком медленно уступавшим дорогу бравым революционерам, что-то живо обсуждающим тут и там, безотказную как серена медкибера фразу: - "Пропустите! Пропустите! Человеку плохо!" Я, задыхаясь ввалился в шикарную гостиную Сергея Ершевских. Дверь, пропустившая меня без проблем, сама собой закрылась, и включившийся плавно мягкий желтоватый свет озарил блеск и наикрутейшую по меркам дома роскошь.
