- За что ты нас так, Кейт?!
Оказалось, что виноват во всем был я сам. Бедная девушка, оставшись одна, проплакала еще какое-то время. После чего решив обезопасить себя от не званых гостей, собрала все что можно было использовать как средство защиты в дальний от двери угол, погасив свет, притаилась за креслом. И если бы я, дурень эдакий, догадался бы условиться о каком-то сигнале, такой ситуации можно было бы избежать. Ну а теперь, разглядывая валяющиеся тут и там средства обороны, я только подивился, что мы с напарником до сих пор еще живы. Тут валялось штук пять небьющихся чашек, две внушительных размеров вазы, и даже пара сандалий, в которых я узнал обувку отважной героини. Так что, разглядывая наши производственные травмы в настенном зеркале, я констатировал:
- мы с тобой Рома, еще легко отделались!
Все получилось. В итоге, через какой-то час с лишним, в главном зале заседаний на пятом этаже четвертого взбунтовавшегося уровня, собралась почти вся партия так горячо любимых нами зеленых. Оставшиеся в ключевых точках обороны охранники, осведомлены были в последнюю очередь, и большинство из них так до конца ничего и не поняли.
Когда мы с Романом, (все такие красивые и радостные), вошли в зал, там уже собралось добрая тысяча активистов партии Сергея Ершевских. Встретивший нас Лукьян озабоченно поинтересовался, где это мы так нарвались, и все ли нормально закончилось, но Роман только досадливо отмахнулся:
- Потом! Ты лучше скажи, все наши тут? А то на меня уже кое-кто нездорово - так таращится. Видно наши карточки примелькались тут раньше. Если узнают прежде времени, будет весело! Так что давай-ка стартуй поскорее, пока тут не началась буча!
И тут в переполненный зал, вошла странная процессия. Под любопытные взгляды удивленно притихших активистов, полтора десятка парней с носилками в руках, поднялись на возвышение называемое президиумом или сценой. Аккуратно сложив в ряд сладко посапывающих председателей и заседателей, наши ребята не спеша рассредоточились по залу, каждый на заранее обговоренные позиции.
- Ну что, поехали! - шепнул нам Лукьян, и поспешил к ожидавшему его черноглазому патрульному, которого как я уже знал, звали Демьяном.
Эти двое поднявшись на сцену, и что-то там включив, разделились. Когда в зале постепенно погас свет, а собравшиеся в нем притихли в ожидании, на ярко освещенную сцену вышел Лукьян, и откашлявшись в микрофон, слегка заглушив собравшихся громко шарахнувшей в ответ усилительной системой, начал:
-Приветствую всех собравшихся в этом зале! Сегодня в этот трагический для нас день, решается судьба целого уровня. На котором как мы все хорошо знаем, проживает несколько тысяч свободных граждан. Этот, совсем еще недавно подзаконный уровень, после учиненных тут беспорядков, был заблокирован. И спустя несколько часов, если ничего не предпринимать, будет атакован личной гвардией досточтимого Леона. Если кто не помнит, в одном из последних восстаний, эта гвардия распылила триста семьдесят шесть граждан, находившихся на тот момент в секторе бунтарей. К сожалению, при этом было много погибших среди мирных и законопослушных жителей дома, случайно оказавшихся в зоне конфликта, и не имеющих никакого отношения к тем событиям. Увы, сейчас никто точно не знает, сколько их было, но после проведенного расследования, комиссия совета пришла к закономерным выводам, что у боевиков черной гвардии не было другого выхода, и что они обязаны были стрелять на поражение, поскольку действия повстанцев угрожали миру и безопасности в доме.
Что касается сложившейся здесь ситуации! Можно с уверенностью сказать, данный уровень, а точнее все находящиеся на нем сейчас граждане, не зависимо от партийной принадлежности, находятся под угрозой полного уничтожение!
Зал загудел. Послышались отдельные выкрики:
- А ты кто такой?! Что за угрозы?! Где председатель?!
Но Лукьян, не обращая на шум внимания, продолжил:
