Светоносный принял меня примерно через час, и долго расспрашивал, почему я вдруг решил стать сборщиком, и как, по-моему, нужно работать с набором сути, и еще о многом другом. А когда наконец, его любопытство было полностью удовлетворено, и я взмыленный как после допроса с пристрастием, вышел из огромного, шикарно отделанного кабинета, миленькая, полногрудая секретарша, томно кося на меня синим глазом, выдала новоиспеченному сборщику Алексу Некоему, нагрудный жетон, и какую-то безделушку на цепочке, со словами:
- Мы очень рады вступлению в наши ряды такого прекрасного юноши! Мне кажется, вы далеко пойдете! Помяните мое слово! Глаз у меня наметанный. Я здесь с самого начала, так что, успехов вам! И да хранит вас дом от всех бед!
Затем объяснив мне, что я должен дальше делать, и куда идти, передала меня на руки симпатичной брюнетке с восточной внешностью, представившейся, как и ожидалось, восточным же именем - Гульнар.
Мы поднялись с ней на пятый уровень, где я был представлен целому комитету в юбках, который долго разглядывал меня со всех сторон как коня на базаре, едва в рот не заглядывая, задавая глупые вопросы типа: с кем я планирую жить, и скольких жен собираюсь иметь? Какие девушки мне нравятся? И так далее. Так что я, слегка разозленный и помятый, от этих похотливых взглядов, решив, что с меня довольно, собрался покинуть это странное сборище, но эти курицы, перестав кудахтать, повели меня к местному завхозу.
Эта Суровая барышня выдала мне целый ворох различного тряпья, из-за которого я не видел дороги, так что, если бы не любезная помощь Гульнар, я врядли бы все дотащил без потерь.
"Везет мне на хозяйственных девок". - Подумал я, глядя как Гульнар оттеснив меня в сторону, ловко управляется с бельем.
Мне было выдано пять полных перемен одежды, естественно совершенно белой, точно сшитой из обычных простыней, и целая кипа постельного белья. Восточная красавица, быстро рассовав все по полкам, и застелив мне постель новым одеялом, как-то странно глянула на меня.
Если она думала, что я тут же и отблагодарю ее принятым здесь по слухам способом, то она сильно заблуждалась. Я, сделав морду кирпичом, мол: "я не я и лошадь не моя", вежливо поблагодарил за помощь, криво улыбнувшуюся на это Гульнар, и прикинувшись, будто мне нужно срочно бежать, шагнул в коридор.
Так что, проводив ее до лифта, я сделав круг, вернулся в свое новое жилище.
Комната за последнее время все больше стала приобретать жилой вид. Застеленная свежим бельем кровать, узорчатая скатерть на столе, полотенца в душевой, Кажется все необходимое имелось. Так что можно было начинать новую жизнь с чистого так сказать, белого ... балахона.
23
Созвонившись вечером по общалке с Шерри, и договорившись встретиться с ней в парке, натянув свой новый пододеяльник, то есть белый балахон, в котором я стал похож на юного патриция прогулявшего отцовское имение, и потому вынужденного обитать с чернью, спустился вниз. Со мной в лифте ехало еще несколько таких же патрициев, которые недобро поглядывали на новообращенного, видно принимая меня за будущего конкурента. С ними было несколько одетых так же в белые туники симпатичных девушек, которые явно были, не прочь познакомится поближе с новеньким. Однако я не горел желанием заводить новые знакомства, так что к концу поездки, у уставших строить мне глазки и едва от этого не окосевших дамочек, интерес ко мне угас.
Выйдя под открытое небо, и вдохнув чистый, наполненный свежими ароматами воздух, я сразу повеселел.
"Не все так плохо Ал! - подумалось мне тогда, - Не все так плохо. Посмотри вокруг, какая красота! И Шерри сейчас подойдет, рванем опять к озеру. Искупаемся".
И тут в толпе, выходящей из огромных двойных воротоподобных дверей дома, я увидел знакомую фигурку.
Шерри была одета в то самое, фиолетовое с золотом платье, и выглядела просто великолепно. Она тоже издали заметила меня, и улыбаясь, помахала рукой. Народу было видимо ни видимо, поэтому я не стал дожидаться, пока она продерется сквозь толпу, а сам как ледокол в Арктике, проложил к ней дорогу, и подхватив ее, легкую и горячую на руки, выбрался на свободное место.
Шерри закрыв глаза как ребенок, боящийся высоты, прижавшись ко мне, прошептала на ухо:
- На нас же все смотрят. Зачем ты?
- Эти досточтимые граждане едва не затоптали мою девушку. Ты что предлагаешь мне просто стоять и равнодушно глядеть на это?
Мы оба улыбались, вечер был отличный, и забавно сощурившаяся Шерри предложила:
- А давай к пруду сходим? Мне понравилось купаться ночью.
- Отлично! Я только об этом думал.
И мы неспешно направились в сторону нашего прекрасного голубого ока.
Вокруг была обычная в такие часы сутолока, в это время почти все жители дома выбирались сюда, хотя б на полчасика освежиться, так что на аллеях было немного тесновато. Но мы знали, что через какое-то время здесь, в парке останутся только заядлые любители ночных посиделок. Поэтому решив, переждать час пик, мы отыскав глубоко в чаще маленькую беседку, уселись рядышком за круглый столик.
