- Послушай, Шер. Ты как на счет поискать каких-то фруктов? А то в моем нынешнем рационе явно не хватает витаминов! - оглянувшись, я попытался отыскать знакомые деревья.
- Я тоже не против. А что ты бы хотел? Здесь вон растут эти сливы, как их ... Маракуи что ли, ни как не запомню. А там когда мы шли, я видела виноград, и еще какие-то яблоки. Ты знаешь, вот сколько живу здесь, а все привыкнуть к ним не могу.
Я, быстро перескочив декоративный заборчик, отыскал в темноте на ощупь, висящие почти у самой земли гладкие как сливы красные маракуи, и высыпал их, штук десять на стол перед Шерри. Затем пройдя по тропинке, по которой мы сюда пришли метров пятьдесят, отыскал огромное виноградное дерево. И сорвав здоровенную, с целых 5 кило кисть, потащил ее в наш шалаш.
Но голод не тетка. Оставив виноградную кисть, (каждая ягода которой была величиной с добрый кулак),, на столе, я пробежался еще раз, и нашел-таки свои любимые яблоки, которые здесь почему-то называли томатины. Они действительно, внешне очень походили на помидоры или томаты, но на вкус были чем-то средним, между хурмой и яблоком. Кисло сладкое-сочетание, приятный цитрусовый запах и довольно сочная мякоть, делали их просто великолепным десертом. Но увы, мне теперь нужно было для этого тащиться чуть ли не через весь дом минут двадцать, потом на лифте, и еще столько же, пехом. Так что я решил воспользоваться моментом и набрал целую охапку томатинов, которую и вывалил на стол перед удивленной Шер.
- Ты думаешь, мы это осилим? - спросила она, разглядывая целую гору фруктов перед собой.
- В мое время говорили так: "Шо не зьим, то понадкусюю!" - юморнул я, - Не беспокойся. Врагу не достанется.
Мы долго сидели с ней вот так, глядя в ярко расцвеченную даль, где шумела большая компания, наслаждаясь фруктами, и слушая как приближается ночь. Постепенно аллеи опустели, и шумные публика, прогуливающаяся тут, перебралась в более теплые помещения, дабы предаться там прочим удовольствиям. А те, что остались, в массе своей были уже пьяны, либо под кайфом. Так что-то тут, то там, раздавались нетрезвые голоса и визгливые свары столь же не трезвых девиц, не поделивших видно кавалеров.
Мы разговаривали с Шер о разном. Вспоминали каждый свое. И так было здесь уютно, так хорошо, что я попросил:
- Слушай. А давай сегодня здесь посидим? Так тут здорово. Прям уходить не хочется!
- Давай! - легко согласилась Шер, - только вот водички бы найти. Руки вымыть.
- Сейчас найдем! - бодро воскликнул я. И молодым сайгаком рванулся в чащу.
Маленький питьевой фонтанчик обнаружился тут же неподалеку. И отмыв руки от липкого сока, мы вновь вернулись в беседку.
А когда, усевшись рядышком на удобную скамеечку, мы слегка примолкли, я попросил.
- Шер, расскажи мне о себе, пожалуйста?
Моя спутница долго молчала, а затем, словно на прогулке в детском саду, начала свой рассказ:
- Итак, дети, сегодня я расскажу вам историю одной маленькой девочки, у которой была красивая собака, и небольшая белая трость. Садитесь поудобнее и слушайте.
Эта девочка, которую звали Шерри, родилась в красивом Немецком городе Висбаден. Когда-то давно, родители этой девочки, живущие в Бельгии, в небольшом городе Хасселт, приехали в Германию к родственникам мамы, и оказавшись в том красивом городе на реке Рейн, были им очарованы. И тогда мама девочки сказала, я очень хотела бы здесь остаться. И папа, который любил маму больше всего на свете, так и сделал. Они переехали в курортный Висбаден, и купили небольшой домик за городом, в котором росли три лимонных дерева в деревянных кадках, и много-много красивых роз.
