– Я не хочу вас пугать, но вам нужно отнестись к этому со всей серьезностью. Появлением черта с горящими, насколько я понимаю, глазами нормально только единожды и в том случае, если места появления разные. Ваша вторая встреча с этими тварями уже может говорить о не самых хороших последующих событиях. А можно узнать, где ваш отец его увидел и где вы?
Труский обернулся к Флидерину и дал ему право все рассказать:
– Мой отец видел эти глаза вокруг нашего дома. Я их увидел подо льдом, гуляя по озеру, недалеко от моего дома.
– Угу, ясно. А как вы думаете, эти глаза принадлежали одному и тому же существу или нет? Может они отличались чем-то?
– Ну, – Флидерин быстро раскрепостился и свободно рассуждал насчет всех деталей. – насчет тех глазах, которые видел мой отец я ничего сказать не могу. Я же смог развидеть их два раза подо льдом и оба раза, как мне кажется, на меня смотрели те же самые глазенки…
– Огненные бельмы… – прошептал доктор и усердно делал записи в свой небольшой блокнот. – Так, – продолжил он как только отбросил ручку в сторону и закрыл блокнотик. – я вам предлагаю свою помощь, если вы, конечно, не против. Сегодня после полуночи нам надо всем вместе быть на том же месте, где вы встретили эти бельмы. Это очень важно, возможно именно пополуночи вы сможете избавиться от этих назойливых проблем навсегда. – он резко замолчал и после нескольких мгновений медленно наклонился всем телом ближе к Трускому и прошептал. – К тому же, кажется, они пришли и за мной…
Труский мог себе представить любой расклад событий, но то, что он будет вместе с Флидерином, дядей Геной, доктором Стравским стоять в страшный мороз у ледяного покрова озера, зорко разглядывать все подводные тела и силуэты с биноклям в руке – об этом он бы никогда не подумал и до сих пор не мог полностью поверить в реальность происходящих вещей.
– Хорошенько смотрите и будьте всегда начеку! – не давал расслабиться доктор Стравский, видя их удрученность и желание пойти в теплый, безопасный дом из-за страха чертов. – Сегодня мы с вами должны избавиться от них, а может быть только от него, раз и навсегда!
Они с трудом прислушивались к его словам и понимали, что обратного пути нет – стоило идти до конца, несмотря на все преграды и сомнения. О последнем Труский до сих пор рассуждал и не мог смириться с таким легким принятием факта существования в реальной жизни сверхъестественных сил:
«Походу, Дима больше не будет об этом думать, а я не хочу в этом себе признаться, не могу… Как, не может такого быть! Какие черты, ну нет, хоть убейте не верю, вообще никак! – он стоял вместе с остальными, трясясь от холода и с трудом держал в синих, бесчувственных руках бинокль, при помощи которого ему пока не удалось ничего важного заприметить. – Если я увижу своими глазами сегодня этого черта, то все мои сомнения, конечно, пропадут, но появиться страх, а мне этого не хотелось бы, так что буду надеется, что это все выдумки этих сумасшедших, под влиянием которых теперь и бедный Флидерин. Короче, я так уже устал. Поскорее бы это все закончилось»
К сожалению, его внутренние желания не были осуществлены и уже проходил третий час, как они вчетвером стоял на улице, в надежде перехватить внимание черта, по заверениям доктора Стравского, который выглядел менее изнуренным, в сравнении с остальными: на первых порах дядя Гена превосходил всех в энергии и непреодолимом желании поймать „этих мерзких гадюк“, но со временем ему уже стало физически невыносимо и тяжело поддерживать ту же форму, в отличие от стабильного Стравского с крайне редко изменяющимся тоном разговора и внешней, движущейся силой; Флидерин пребывал в безумном ужасе и с каждым шагом его все больше захватывала в свои широкие, мягкие объятия паранойя. Труский начал замечать перемены в психологическом состоянии друга и не мог равнодушно на это смотреть:
– Доктор Стравский! – кричал он сквозь усилившуюся метель, закрыв один глаз густыми ресничками с капельками льда снежинок. – Мне кажется, погода только ухудшается и нам тут делать больше нечего! Никаких находок, чертов, ничего нет. Я думаю дядя Гена и Флидерин со мной согласятся, что пора бы отдохнуть!
– Нет, мы не можем так просто оставить это дело! – говорил он уважительно, но громко и четко, чтобы все слышали. – Настигшая нас врасплох пурга только наоборот говорит о том, что мы действуем верно и не должны отходить от правильного вектора. – он пытался наградить каждого своим бешеным, горящим, живым взглядом. – Еще чуть-чуть, нам надо пересилить все недуги, поймите! К слову, у нас попросту нет другого выбора. Если вы наивно думаете, что они оставят вас в покое, то вы глубоко ошибаетесь. Проявите сегодня мужество, переборите слабость, лень и в скором времени вам за это воздастся!
