Петр Иванович поморщился. Бескрайнее море вокруг, спокойствие и свобода. Изредка пролетают птицы, вот они и кричат. Где-то вдалеке послышался звук отбойного молотка. Море покачнулось и начало таять, несмотря на отчаянные попытки Петра Ивановича ухватить и задержать его. Внизу разбилась чашка, запах соленого бриза сразу сменился на аромат жареных зерен в кофейне на первом этаже. Качка прекратилась, и вместо железных поручней палубы старик почувствовал под руками потрескавшиеся на солнце перила балкона. Петр Иванович вздохнул и открыл глаза. Море булькнуло напоследок и исчезло. Снизу на детской площадке копошились малыши под присмотром бабушек и мам, на соседнем балконе кто-то курил, солнце светило в лицо, играя на молодой зелени деревьев.
Петр Иванович почесал белоснежную округлую бороду, улыбнулся солнышку и шагнул с балкона в приятную прохладу квартиры. Когда-то море было вокруг в любое время дня и ночи, двадцать четыре часа в сутки. Море в штиль, море в шторм, зимнее суровое море и ласковое летнее, растворяющее закатные лучи. Петр Иванович много лет ходил в рейсы, сначала матросом, потом боцманом, а потом и помощником капитана. Привычный график: полгода – дома с семьей, полгода – в рутинах и приключениях. Десятки городов и стран, тонны перевезенных грузов и разномастный интернациональный экипаж, который на время становится единственным кругом общения. С ним можно было и посмеяться, и поругаться на ломаном английском, поиграть в карты и шахматы после дневной смены – ведь от слаженности и расторопности действий команды иногда зависит твоя жизнь. Теперь все это ушло в прошлое, уступив спокойной и размеренной жизни на пенсии.
Иногда воспоминания накатывали и не давали спать. Иногда казалось, что совсем скоро новый рейс и новое море. Но в целом Петр Иванович привык к жизни на суше, к медленно дряхлеющему телу и повседневным хлопотам. Тоска по морю и приключениям обострилась, когда жена уехала погостить к старшей дочери в другой город, оставив его один на один со своими мыслями. Петр Иванович с ней вместе не поехал: он вел занятия в кружке юных моряков «Каравелла», и совсем скоро его воспитанникам предстояло сдать свой первый в жизни экзамен, самостоятельно пройдя на парусных яхточках по заливу на местной речке. Подготовка была в самом разгаре, а к дочери можно съездить и потом. А еще лучше, чтобы она приехала погостить с семьей, прихватив шумных и любимых внуков – Сеньку и Лешку. Но разговоров с женой очень не хватало, особенно по вечерам, перед сном.
Сначала в отсутствие жены пенсионер развил бурную деятельность: он собрал всех детей во дворе и вместе с ними покрасил детскую площадку, выбив банки с краской из упирающихся сотрудников управляющей компании. Затем он отправился на дачу к своему старому другу Никитичу помогать тому окучивать картошку. Домой вернулся довольный, но с больной спиной: из подручных материалов они собрали мотоблок, который прошел полевые испытания на ура. Рыбалка удалась на славу, а вот с окучиванием картошки вышло не совсем гладко.
Отлежавшись и вымазав на поясницу тюбик чудодейственной мази, Петр Иванович приступил к новым боевым действиям. На этот раз мишенью стала кладовка, в которой ужас сколько всего было и которую он грозился разобрать уже лет десять. Теперь он выносил старые подшивки журналов, привезенные из разных уголков мира безделушки и другие памятные вещи, и вот тут-то и накрыла ностальгия. Окончательно и бесповоротно. Море стало мерещиться на каждом шагу, гудеть в ушах и звать на новые подвиги. Дошло до того, что он даже начал смотреть цены на морские круизы и сопоставлять их с пенсией и дополнительными заработками. Результат получался не очень оптимистичным, да и жену на это дело подбить было бы сложновато.
Петр Иванович подошел к зеркалу и критически себя осмотрел. Оттуда на него смотрел моложавый старичок с густой копной совершенно белых волос, с такой же белой бородкой, аккуратно подстриженной полукругом, и с лукавыми голубыми глазами. Ни тебе обветренного загорелого лица, ни былой ловкости рук, затягивающих канаты, ни сильных ног, которые не обращают внимания на сильную качку.
– Ну, не так уж все и плохо, я вполне еще ого-го, – посмеялся пенсионер и надел на голову сувенирную капитанскую фуражку, купленную когда-то на туристическом рынке в порту.
Он подтянул к себе увесистую связку старых журналов, сел в кресло и стал их рассеянно пролистывать, думая о чем-то своем. «Техника – молодежи» за 1986 год – устройство подводной фермы, приложение к журналу «Юный техник» – схема модели лихтеровоза, книга «Юный кораблестроитель» с моделями кораблей. А что если… Но мысль была настолько смелой, что даже страшно было додумать ее до конца. Старик отложил журналы, несколько минут неподвижно посидел в кресле, усилием воли все-таки додумал мысль и снова забрался в кладовку за нужными книгами и вырезками.
