При этом, вспомнив о том, где жила девочка, я замер и хотел было прибавить что-то ещё, во избежание разночтений, однако, похоже, ребёнок воспринял всё именно так, как и обычный человек, и это неожиданно показалось мне очень хорошим предзнаменованием.
— А можно я всё здесь посмотрю? — с вожделением и подскакивая от нетерпения, спросила она.
— Конечно. Поступай, как хочешь! — кивнул я, и девочка с каким-то неразборчивым возгласом, что я однозначно истолковал как восторг, скрылась в ближайшей комнате.
В доме Олега ничего не изменилось с момента моего отъезда к месту гибели Валеры, хотя я с предсказуемым волнением ожидал увидеть здесь нечто близкое к состоянию собственной квартиры. Правда, на журнальном столике лежало несколько ярких коробок с пазлами и кипа новых детских журналов, судя по розовым обложкам и улыбающимся куклам явно предназначенных для девочек. Склонившись и посмотрев ближе, я убедился, что многие номера совсем свежие, что в совокупности с отсутствием у Олега детей и подобных увлечений невольно наводило на не очень приятные мысли о том, что Хельман позаботился о досуге девочки перед нашим приездом. Позже выяснилось, что в ванной стояла даже детская зубная щётка с крупноглазой принцессой и треугольная упаковка пасты со вкусом жвачки. Удивительная предусмотрительность и тактичность, резко контрастирующая со всеми остальными проявлениями ко мне пристального «внимания».
— Можно мне пока что-нибудь посмотреть? — спросила Виолетта, показав на забавную стойку для дисков, выполненную в виде двух перекрещенных лап неведомого животного.
— Да, конечно, милая… — я кивнул и, задрав голову, начал перебирать коробочки.
Мелькавшие названия типа «Глубокие девчонки» или «Растекающиеся школьницы» для ребёнка явно не годились, а вот новый фильм «Алиса в стране чудес» в переливающейся всеми цветами радуги жизнерадостной обложке был как раз тем, что нужно. Я вытащил бокс, открыл и обнаружил внутри два диска с размашисто выведенными надписями — Blu-Ray и DVD. Очень мило, как говорится, выбирай на вкус и имеющееся оборудование. Нагнувшись к стоящему под телевизором проигрывателю, я увидел, что он поддерживает новые типы дисков, и удовлетворённо кивнул — от такого зрелища Виолетту вряд ли оторвёшь, а немного приятно забыться девочке точно не повредит.
— Думаешь, это хороший фильм? — спросила она и нахмурила лоб.
— Наверное. Во всяком случае, я что-то о нём слышал и, думаю, посмотреть стоит.
— Ну тогда давай!
Я вставил диск и спросил у девочки:
— Ты сумеешь разобраться с пультами и прочим? Здесь живёт один мой приятель, но, честно говоря, я никогда не включал у него телевизор, поэтому…
— Ну конечно. Не беспокойся, я в этом всё понимаю!
— Отлично! — кивнул я и тихо вышел.
Мне хотелось убедиться, что деньги, на которые я рассчитывал, на месте. Миновав широкий холл, я вошёл в небольшой приятно обставленный кабинет и поспешил к яркому бронзовому щиту, висящему на стене. За ним находился небольшой сейф, код к которому мне сказал сам Олег и предупредил: «На крайний случай, там лежат пятьдесят тысяч долларов. Будет нужда, обязательно воспользуйся!»
Что же, именно это сейчас и можно было сказать о той ситуации, в которой я оказался, и любезность товарища оказалась как нельзя кстати. Много лет назад я помог решить ему один непростой вопрос и отказался от предлагаемого вознаграждения, так как чувствовал, что всё-таки моя роль была уж слишком незначительная, да и просто особой материальной нужды не испытывал. Однако Олег почему-то воспринял это как явный признак моих каких-то там высоких моральных качеств и проникся чрезвычайным доверием, которое, надо сказать, я неизменно оправдывал. Опять же не потому, что такой замечательный, а просто как-то не было повода сделать что-то другое. С той поры он только мне доверял ключи от своей квартиры и настоятельно просил пользоваться всем, чем только будет нужно, чувствуя себя как дома.
