– Может, если развернемся, – начал Лео. – то…
Прежде чем он успел договорить, из грудной клетки ревенанта вылетел костяной меч. Нежить задрожала, его дух взорвался клубами дыма. Тело упало на землю, а за ним оказался закованный в броню костолом.
И не какой-то там, а Инара.
Она, забрызганная грязью и тяжело дышащая, отточенным движением надавила ботинком на труп и выдернула клинок. Тогда-то она и заметила Якоба.
Инара уже подняла оружие, когда принц кинулся вперед, к свету мира, виднеющегося за пределами туннеля. Уже наступила ночь, но в небе было полно звезд, а горизонт вдали уже окрасил рассвет.
– Принц Леопольд? – прищурившись, спросила девушка. Затем ее взгляд снова метнулся к Якобу, облаченному в форму солдат, преданных Дому Железа. Преданных регенту.
– Это Якоб, – поспешил объяснить Лео. – Он помог мне сбежать. Якоб, это Инара, костолом-валькирия.
Мгновение они оценивали друг друга, пока Якоб не опустил оружие и не сказал:
– Она может быть нам полезна.
– Уж полезнее тебя, – холодно отозвалась Инара, убирая меч в ножны. Эти слова, произнесенные спокойным, невозмутимым тоном, все же заставили Якоба нахмуриться. Инара повернулась к принцу. – А где Рен? Нам нужно срочно поговорить.
– Не получится, – ответил Лео, и поспешил к лошади, которую Инара оставила у входа в туннель. – Ее взяли в плен. Сейчас она в Проломе, под усиленной охраной. Думаю, они используют ее, чтобы этим вечером пробудить армию железных ревенантов. Якоб говорит, что они выступят на рассвете.
– Выступят куда? – уточнила Инара, хотя, судя по выражению ее лица, она и так знала ответ.
– К Крепости на границе Пролома. Нам нужно предупредить их. Чтобы они успели подготовиться к сражению.
Он уже собирался запрыгнуть на лошадь– поговорить они могли и по дороге, – но Инара схватила его за руку. Ее белые глаза, такие яркие на фоне темной кожи и черного макияжа костолома, были широко распахнуты.
– Некого предупреждать. Вэнс только что опустошил Крепость. Все стражники, костоломы и часовые направляются к Пролому.
– Может, их пути пересекутся? – неуверенно предположил Якоб.
– Вряд ли, – покачала головой Инара. – Он поведет их вдоль Стены на север, по Старой дороге, пока они не срежут путь через какой-то проход у подножия Несокрушимых гор.
– А Крепость находится на востоке от Пролома, так что маловероятно, что они встретятся, – добавил Лео. – У них есть все необходимое, чтобы пересечь реку… материалы для постройки моста. Такое может сработать? Нежить способна пересечь воду?
Инара задумалась.
– Если между ними и течением будет достаточное расстояние… Полагаю, что да.
Лео сглотнул.
– Нам нужно позвать на помощь. Отправить послание отцу…
– Вообще-то, – вмешалась Инара, и в ее взгляде впервые вспыхнуло что-то похожее на надежду, – когда я уехала, твой брат как раз был в пути. Он же путешествует с солдатами?
– Несколько отрядов уж точно. Человек пятьдесят. Но этого недостаточно.
– Придется довольствоваться малым, – заметила Инара. Она вскочила в седло и протянула руку, намереваясь помочь принцу устроиться позади.
Тот, заколебавшись, бросил взгляд на Якоба.
– Идите, – сказал солдат. – Я постараюсь сбить их с вашего следа.
– Верно, – произнес Лео. – Верно. – Ему нужно было спешить. – Я… Спасибо.
– Не за что. Вот, – спрятав в ножны свой меч, Якоб протянул принцу костяной нож.
– Оставь себе, – покачал головой Лео. – У нее оружия столько, что хватит на нас двоих, – указал он большим пальцем на Инару.
Якоб кивнул и опустил нож.
Поскольку все рушилось и их шансы на выживание, казалось, таяли с каждой секундой, Лео схватил Якоба за куртку и обнял его. Отстранившись, он подмигнул и поспешил обратно к Инаре.
Та лишь закатила глаза и протянула руку.
– Не надо ревновать, – пробормотал принц. – Меня на всех хватит.
– Вас даже слишком много, – бросила в ответ Инара, чем вызвала у Лео усмешку.
Когда он обернулся, то увидел, как покрасневшие щеки Якоба ярко пылают в сероватом свете. В попытке скрыть улыбку солдат поклонился.
– Прощайте, Ваше Высочество.
Рен резко проснулась, ее тело было залито кровью.
Нет, не кровью. Потом.
И слезами.
Она как раз успела перегнуться через край твердой каменной кровати, когда ее стошнило. Поскольку ее желудок был пуст, на землю полилась желчь. Рен закашлялась. И зарыдала.
Сжала зубы.
Голова кружилась, девушка с трудом села. Кольцо на пальце отсутствовало, а костяные доспехи и оружие отняли сразу же, как только они попали в плен. Пока Рен искала какое-нибудь средство защиты, какой-нибудь способ спастись от этого кошмара наяву, она заметила кое-что еще.
Ее рука… Она сломала каждую косточку, чтобы освободиться от пут и добраться до Джулиана.
Прежде… Прежде…
Рыдание сорвалось с ее губ– физическая реакция, которую она не могла контролировать. Ее сердце болело так, словно в груди зияла открытая рана, а ее разум отказывался принимать случившееся. Всякий раз, когда она пыталась подумать об этом, представить это, ее мозг запирался от воспоминаний. Оставался лишь холодный пот и ком в горле, из-за которого она едва могла дышать.
