Дом пламенных клятв полностью

– И заодно сытно поешь. Очевидно, за последний месяц ты это делала нечасто. – Отец бросает выразительный взгляд в сторону Юстуса.

Бывший генерал фейри и бровью не ведет.

– Перед уходом отдай мне свою юбку. – Мои брови сходятся на переносице, и отец поясняет: – Если не получится направить твою мать в Тарекуори с помощью карканья, я приведу ее туда по твоему запаху.

Ох! Не теряя ни мгновения, я развязываю юбку. Без нее я чувствую себя почти раздетой, что несколько иронично, поскольку ткань в общем-то ничего особенно не прикрывала.

– Могу я пойти к сыну, Морргот? – спрашивает Юстус.

– Камни, Росси. – Айона кивает в центр стола, где лежат два блока серого камня, которые я приняла за украшения в вороньем стиле.

– Это?.. – Сердце пропускает удар. – Это камни с печатью барьера?

Лор кивает, затем тенями подталкивает их к Юстусу.

Дедушка глядит на серые плиты так, будто это колодцы, кишащие электрическими угрями.

– Ты послал ворона предупредить Прию, Рибио? – Получив от моей пары кивок, Юстус проводит ладонями по каменным обломкам.

Предупредить ее о чем?

Что если барьер ослабнет, ей следует воздержаться от убийства своей дочери.

Его ответ никак не успокаивает ритм моего сердца.

Прошлой ночью я отправил кое-кого на Шаббе, Фэллон.

– Стой!

Юстус резко убирает ладони от серого камня.

Отец вскакивает со своего места, отчего тяжелая деревяшка пронзительно скрипит.

– Что такое?

– Вдруг послание еще не дошло до Прии, дайи?

– Мы разместили вокруг барьера воронов, чтобы перехватывать ее корабли.

Я прикусываю внутреннюю сторону щеки. Прикусываю до крови.

– А вдруг они поплывут к нашим берегам не на кораблях, а сами?

Все погружаются в раздумья.

Первым заговаривает Ниша:

– Нет повода сомневаться, что нашего посланника не пустят к королеве.

– Я хочу освободить Шаббе так же сильно, как и все вы, но, может, дождемся глейсинкого камня. Тогда если у Юстуса получится вытянуть из них кровь Мериам и барьер рухнет, то посланник вернется с подтверждением? – Голос у меня дрожит, как и сердце. – Пожалуйста?

– Я согласен с Фэллон. – Юстус приковывает к себе подозрительные взгляды воронов.

– Ну разумеется. – Отец сверлит своего бывшего врага взглядом. – Ты в сговоре с Мериам.

Голубизна в глазах Юстуса темнеет.

– Я повторяю: она не воплощение зла, Кахол.

Я касаюсь запястья отца. Мне бы хотелось, чтобы он поменял свое мнение о Мериам, но явно на это потребуется гораздо больше времени, даже с моим поручительством за нее.

Она отняла у него пару, Фэллон, – мягко напоминает Лор.

Она также спасла ее от десятилетий мучений.

Одно, к сожалению, не отменяет другого.

– Что я могу сделать, Кахол, не подвергая опасности Фэллон, так это попытаться вытянуть кровь. По крайней мере, мы будем знать наверняка, по силам ли мне стереть печать после объединения камней. – Юстус поворачивается к Лору, ожидая его одобрения.

Решение за тобой, мо крау.

Я прикусываю внутреннюю сторону щеки так сильно, что рот наполняется медным привкусом крови. Как жаль, что барьер звуконепроницаем. Зубы наконец отпускают раненную кожу.

– Можно сделать огромный плакат и поднести к барьеру?

– Плакат? – переспрашивает Имоджен.

– Ну да, знаешь, такая огромная доска с надписью большими печатными буквами: «ЕСЛИ ТЫ УБЬЕШЬ МЕРИАМ, ФЭЛЛОН СЫГРАЕТ В КОТЕЛ»? Впрочем, последнее выражение может быть неправильно истолковано, лучше всего использовать более четкий глагол, например, «погибнет».

По моей скуле скользит тень.

– Боюсь тебя огорчить, но барьер искажает слова, Фэллон. – Юстус ласково мне улыбается.

Я уже готова сказать: «Тогда давайте подождем», но взгляд на удрученное выражение лица отца вынуждает меня сдаться.

Уверена, Биокин?

Я киваю.

– Можно ли сделать это здесь? – Поймав на себе несколько недоуменных взглядов, Юстус добавляет: – Разве Небесное Королевство не блокирует магию фейри и шаббинов?

– Ты не будешь колдовать, Росси, – бормочет отец. – Ты вытягиваешь кровь.

Юстус кивает, затем пристально смотрит на камни. Когда он закрывает глаза, я предполагаю, что ему не выжать из камня кровь, но затем он убирает руки, и запертый в легких воздух выходит наружу прерывистым выдохом.

Юстус оглядывает собравшихся за столом.

– Думаю, никто, кроме меня и Мериам, не сможет изменить заклинание, тем не менее лучше не прикасаться к камням, пока мы не вернем последний.

Одна я встречаюсь с ним взглядом, остальные пялятся на кровавый узор.

– Теперь мне можно навестить сына, Рибио?

Моя пара кивает. Габриэле ведет моего дедушку к массивному входу, вырезанному в одной из фресок. Я спрашиваю Лора, как поправляется Вэнс.