Дом пламенных клятв полностью

Если я захочу кончить, то проникну в твой разум, перед тем как проникнуть в тело. А теперь одевайся, и встретимся в командном пункте.

Его грубоватый тон заставляет меня оглянуться на то место, где он стоит, очерченный темными всполохами.

Как мне до него добраться?

Воспользуйтесь дверью рядом с камином. Она ведет в гостиную, которая находится прямо рядом с командным пунктом. – В его тоне столько холода, что сердце леденеет.

– Лор, прости, я…

Он уходит, не дослушав. Тогда я говорю ему по мыслесвязи, что люблю его, независимо от его формы. Затем почти минуту оглядываю гардеробную, прежде чем наконец подойти к ящику с нижним бельем. Купального костюма там не оказывается, но есть черное боди. Присмотревшись к нему внимательнее, я узнаю часть платья, которое Лор разорвал в клочья в нашу первую совместную ночь. Кто-то заштопал ткань. Прозрачную юбку пришивать не стали – аккуратно сложили рядом.

Наряд не только идеально подходит для плавания, но, надеюсь, сотворит чудеса с настроением моей пары. Натянув на себя боди, обвязываю юбку вокруг талии и заглядываю в ванную, чтобы расчесать спутанные локоны. Верчу головой, любуясь тем, как они по-новому двигаются с новой длиной. Меня не должна волновать прическа, но, видимо, даже во времена неопределенности и смуты я остаюсь немного тщеславной.

«Ты не человек и не фейри, – напоминает внутренний голос. – Отрасти гребаные волосы хоть до пят». Какая прелесть этот голос.

Я заплетаю укрощенные пряди в короткую косу. Не утруждая себя обувью, иду обратно по секретному проходу, гладкий каменный пол холодит босые ноги. Воздух такой свежий, что хочется развязать юбку и использовать ее в качестве накидки, однако ее ткань столь тонкая, что вряд ли чем-то мне поможет.

Хотя Лор способен проскользнуть под дверью, он оставил широко открытой ту, что рядом с огромным каменным очагом.

Моя раздражительная, но такая заботливая пара.

В библиотеке темно, несмотря на три небольших окна, отбрасывающих слабый свет на высокий письменный стол из красного дерева, из того же материала и стеллажи, тянущиеся от пола до потолка. На письменном столе, занимающем существенную часть кабинета, лежит карта Люче, прижатая каменными пресс-папье.

Я помню эту комнату! Я в ней мыслебродила.

Дверь в командный пункт тоже открыта, и, судя по голосам на повышенных тонах, там ведется оживленная беседа, тем не менее я задерживаюсь в дверном проеме, пробегая взглядом по рядам книг в кожаных переплетах, впитывая все позолоченное великолепие. У меня будет целая жизнь, чтобы изучить книги Лора, и я направляюсь в командный пункт.

В отличие от довольно узкой библиотеки, эта комната широкая, прямо как «Небесная таверна». Хотя окон нет, круглый потолочный люк заливает сумрачную комнату светом, придавая гладкому каменному полу оттенок полированного серебра, а батальным сценам, украшающим все четыре стены, глубину, которая оживляет фрески.

Вдоволь налюбовавшись интерьером, я сосредотачиваюсь на огромном прямоугольном столе, за которым сидят девять воронов, хотя могли бы поместиться еще двадцать.

Эта девятка шумно спорит. Пальцы отца сжимаются на подлокотниках массивного кресла, когда он рычит:

– Кто защитит мою дочь, если это какая-то изощренная ловушка, Росси?

– Пожелай я убить Фэллон, давным-давно пустил бы кровь Мериам или заколол Зендею.

У меня перехватывает дыхание.

– Не смей угрожать моей паре! – Всполохи теней исходят от наручей моего отца, темные, как резное дерево, на котором он сидит.

– Я вовсе не угрожал, лишь напомнил, кому я предан. – Юстус говорит с хладнокровием человека, который в своей жизни не раз встречался лицом к лицу со смертью. – К слову, о преданности. Твоя дочь здесь.

Отец с трудом поворачивает голову ко мне, словно ему приходится задействовать всю силу воли, чтобы оторвать пылающий взгляд от Юстуса. Еще медленнее он поднимается, кожаные штаны скрипят, соприкасаясь с черной кожей обивки. Все вороны Шуркау одеты в черную кожу.

Единственный не облаченный в черное – Юстус Росси. Даже Габриэле щеголяет во всем черном. Хотя на его лице нет угольных полос, а уши заостренные, он отлично вписывается в компанию.

– Доброе утро, инон. – Отец вцепляется в спинку пустого стула рядом с собой и отодвигает для меня. – Отдохнула?

Я бросаю взгляд на другой край стола, где с мрачного лица на меня смотрят золотистые глаза. Очевидно, Лор по-прежнему не в духе.

– Да, дайи. – Я не утруждаю себя ответным вопросом. Его глаза налиты кровью, синяки под ними видны даже под угольными полосами. Вполне возможно, что он провел ночь, летая над океаном и оплакивая участь своей пары.