Женщина раздраженно захлопнула дверь. Я стояла на первом этаже, обдумывая ситуацию.
Меня охватило беспокойство – а вдруг это ловушка? Но страх быстро исчез. Мысль о том, что им предстоит иметь дело с человеком, убившим своего мужа, перевесила все сомнения.
Я спустилась по лестнице и постучала в серую железную дверь.
– Есть кто дома?
Ответа не последовало. Часы показывали 11:35 утра – время, когда обычно никого нет дома. Я уже подумывала вернуться вечером, как услышала скрип открывающейся двери. Передо мной появился мужчина среднего возраста. Он явно спешно оделся: его рубашка была застегнута не до конца.
– Прошу прощения, здесь Сумин живет?
– Да, но как… А вы кто? – В его глазах читался страх.
– Я ее преподавательница, – так я решила сказать, чтобы было легче задавать вопросы.
– Здравствуйте.
Мужчина оглянулся и с недовольным видом осмотрел помещение. Видимо, квартира была не в лучшем состоянии для приема гостей.
– Если не возражаете, я бы хотела поговорить внутри.
Я сделала шаг вперед к двери, не давая ему время на раздумья. По его взгляду я поняла, что он заметил мою беременность – вероятно, из-за облегающего вязаного платья. У сильного мужчины нет причин опасаться беременной женщины, поэтому он впустил меня, смущенный, но неспособный что-либо изменить.
Подвальная квартира была маленькой студией с тесной гостиной и одной комнатой. Гостиная была настолько мала, что двум взрослым едва хватало места. Мужчина остался стоять в гостиной – видимо, ему было неудобно пригласить меня в комнату. Я проигнорировала его и вошла в комнату. В углу лежал мусорный пакет, а в центре были разложены матрас и одеяло. Мужчина быстро вошел следом и, свернув матрас, убрал его в угол.
На одной из пятнистых стен висела фотография девочки, выпускницы детского сада. Видимо, это и была Сумин. Девочка с пухлыми щечками неловко улыбалась с фото. В центре комнаты к потолку была прикреплена рейка с занавеской, обычно используемая для вешалок.
– Квартира не в лучшем состоянии, конечно. А рядом есть кафе…
– Ничего страшного. Я хотела узнать, как у Сумин дела.
Мужчина явно занервничал и начал копаться в маленьком холодильнике в гостиной.
– Можно мне воды?
Наконец он достал бутылку и налил воду в стакан. Я отодвинула занавеску, нелепо висящую посреди комнаты, и обнаружила за ней еще одно пространство.
На одной из стен были наклеены постеры к фильмам. В углу лежали несколько старых кукол. Из выдвижного ящика торчала девчачья одежда. Похоже, это был уголок, где жила Сумин.
Мне было трудно поверить, что семья жила в такой крохотной студии, да еще и делила комнату занавеской. Сумин изо всех сил пыталась создать хоть какое-то личное пространство. На занавеске был прикреплен потрепанный листок бумаги с надписью: «Стучите». Это слово еще никогда не выглядело таким трогательным.
– Что вас сюда привело?
– Сумин не появляется на занятиях.
– Понятно. – Он осторожно протянул мне стакан воды обеими руками.
Казалось, мучжина почти ничего не знал о своей дочери.
– Она и дома не бывает?
Тот пролистал календарь на стене:
– Ну… Кажется, уже больше месяца… У нее ведь нет своей комнаты, и с тех пор как она выросла, часто говорила, что будет ночевать у друзей. Может, она связалась с плохой компанией…
– Не пытались ее искать?
– Она же сама ушла из дома. Как можно найти того, кто не хочет возвращаться? Видимо, с друзьями ей лучше, чем с семьей.
– То есть вы даже не подавали заявление об ее исчезновении?
Мужчина усмехнулся в ответ на мои слова:
– Заявление об исчезновении? Она сама решила не возвращаться. Когда повзрослеет и образумится, поймет, что отец бьется изо всех сил. Вот тогда и вернется.
Сначала мне показалось, что мужчина был заботливым отцом, который пытался создать хоть немного пространства для дочери с помощью занавески. Но он оказался безответственным и слабым.
Я встала и осмотрела вещи, которыми пользовалась Сумин. Для молодой девушки было бы естественно развешивать фотографии кумиров, но Сумин заполнила стену киноплакатами.
– Она любила смотреть кино?
– Нет, это из-за плесени…
Я вдруг поняла, что воздух за занавеской был влажным. Отодрав один из плакатов, я увидела стену, покрытую плесенью.
– Сумин давно не посещала занятия, и я хочу ее найти. Случайно не знаете, куда она могла бы пойти?
Мужчина посмотрел на меня с удивлением:
– Откуда мне знать? Это вы должны знать, как ее преподавательница.
Этот беспомощный человек обвинял меня в некомпетентности как преподавателя. Я задумалась, как он мог так безответственно относиться не только к своей жизни, но и к своему ребенку. Слова «лучше бы ты умер» чуть не сорвались с моих губ.
– Что здесь раньше висело?
Маленький квадрат обоев над столом Сумин немного отличался по цвету. Похоже, до недавнего времени там висела рамка или что-то подобное.
– Фотография матери. Наверное, захватила ее с собой, когда уходила из дома.
– Вы в разводе?
– Нет, жена умерла…
Я надеялась, что посещение дома Сумин поможет выяснить, когда она пропала. Но все, что я узнала, – это то, что она ушла из дома с намерением не возвращаться и взяла с собой самую дорогую для нее вещь.
