Они ели так, что треск стоял в лечилище. Остановиться было невозможно.
– Сиги, – пробормотал Володя, – необыкновенно вкусны с белым столовым вином, смотри нумер одна тысяча двести пятьдесят.
– Это сиги, а снетки?
– «Привозятся в Петербург только морожеными. Это самая мелкая рыба…» И дальше: «Их совсем не потрошат, промыв только как можно лучше, осушить на салфетке…»
– Ох-ха-ха, – заходился Колька, – отлично! «К каждой книге приложен следующий мой штемпель!»
Хорошо. Будто они сидели в уютной кухне Клавдии Ивановны и Вовка, забавляясь, цитировал на память целые страницы из книги «Подарок молодым хозяйкам, или Средство к уменьшению расходов» – толстый золоченый корешок красовался на полке, рядом с эмалевыми вместилищами для круп…
Девушка наблюдала за ними внимательно.
– Ну, посмеялись – и к делу. Задаем вопросы, Вова? Хм… – Он сморщился от усилий и заговорил на раджане, слушая свой голос: – Прохладного полудня тебе… – Ничего, получалось на раджане. – Мы не знаем твоего имени.
– Дхарма мое имя, – тихо, певуче, с легким придыханием на горловых звуках. – И вам прохладного полудня, спрашивайте…
– Как ты знаешь, что мы желаем спрашивать тебя? – Он говорил почти свободно, ай да Великая Память! Чудо состоялось, гляди-ка…
Дхарма склонилась к больному, тронула его ладонью и распрямилась, как пружинка, – пришлось отвести от нее глаза.
– Как я знаю? – повторила она рассеянно. – Тебя и Володи я обучала Нарана. Спрашивайте.
– Спрашиваю: кто и из какой касты поможет нам, сопроводив к железному дому? Мы хотим отправиться туда с возможной поспешностью.
Она посмотрела еще внимательней.
– О, да ты воистину Адвеста… Тебе ведомы касты?
Он покраснел. «Адвеста» – шустрый, ловкий. Прилепили кличку! Но действительно, названия каст сами поднялись из памяти: Управляющие Равновесием, Воспитатели, Врачи, Наблюдающие Небо, Художники, Певцы, Кузнецы… Он повторил их по-русски – Володя поспешно чиркал карандашом, записывая, – следовательно, их обучали в разном объеме…
– Отвечаю тебе, – говорила Дхарма. – О вас печется Брахак, Управляющий, и Ахука, Наблюдающий Небо. Жара спадет через одну дюжинную и, взяв Птиц, они вас сопроводят.
– Понял, Вова? Одна дюжинная – два часа. Каких-то птиц они возьмут – технический термин, по-видимому… Спрашиваю дальше.
Опять на раджане:
– Ты Врач, Дхарма? – (Она кивнула.) – Спрашиваю: позволишь ли ты теперь везти Раф-фаи в железном доме? Далекий и трудный путь.
– Он здоров, – послышался тихий ответ. – У железного дома Врач даст ему бахуш. Вези.
– Мое лицо обращено к тебе, как к звезде восхода. – Он автоматически воспроизвел формулу наибольшей благодарности. – Спрошу я, почему ты сама не хочешь… хм… взять Птиц, когда спадет жара? Брахак и Ахука – где они? – а ты с нами. Мы же спешим к железному дому.
– Я – Врач. – Она указала на Рафаила. – Врач неразлучен с больным.
– Что, что она говорит? – спросил Бурмистров.
Колька перевел.
– Все может быть… Впрочем, она в тебя влюбилась.
– Молчи, балбес! – прошипел Колька.
– Смущаешься, как девственник, – констатировал Бурмистров. – Но извини, извини… Послушай, Николай, мы уяснили себе конкретную обстановку – предлагаю перейти к систематической информации.
– А ну тебя! – Колька старался не смотреть на Дхарму. И так ему хотелось поговорить с ней по-русски, казалось, что поймет. И очень уж легкомысленно одета – поясок, нашлепочки. Нет, этого нельзя!
– К делу, – сказал Володя. – Я приготовил вопросник.
Действительно, у него было все готово. Он читал свои наметки вслух. Колька переводил, Дхарма отвечала. Народ именуется раджана, как и язык (пение у Памяти называется «нарана-на». Городов, точнее поселений, имеется дюжина дюжин, приблизительно. Доподлинно это известно Наранам…
– Вовка, спроси – сколько Наран?
– Не отвлекайся, Николай… Четвертое: едят ли они мясо? Каких животных разводят на мясо?
Ответ был краткий, с оттенком брезгливости – не едят.
Дальше следовало спросить: кто ваши боги? Но слова «бог» и какого бы то ни было понятия, аналогичного высшей силе, в словаре не оказалось. Религия, вера, культ, поклонение – тщетно… Колька с досадой покряхтел. В языке не было даже вечной антитезы – «верю – не верю».
– Кто создал людей? – нашелся Бурмистров.
Ответ был странный: «Людей создало Равновесие». Неясность должна была разрешиться ответом на следующий вопрос:
– Кто создал Равновесие, Врач Дхарма? – спросил Колька.
– Раджаны, – ответила девушка с явным удивлением.
– М-да, – сказал Володя, – кольцовка… Спроси-ка, кто создал касты?
По-видимому, девушка теряла терпение. Ответом был вопрос:
– А разве в вашем Равновесии все Головастые делают одно?
Очень кстати разговор прервался. Опрокинулась корзинка, и на траву вывалился «нардик» – розовый клубок, – с писком пополз, таращась мокрым глазом посреди спины…
– Вовка, слушай… Они поклоняются этим вот, я точно тебе говорю. Наранам! В них все дело, я точно говорю, давай о них выспрашивать, а? Понимаешь, слово «нардик» – производное от Нараны!
Но Бурмистров помотал головой. Он чиркал в записной книжке, стенографируя, и бормотал вслух для контроля:
