Двое стражников переглянулись, пожали плечами и пошли за деньгами. Третий остался стоять. Этот человек назвался Колленом. Обычное имя для уроженца Квон-Тали. Он и говорил с тамошним акцентом. Гамет нанял парня прежде всего из-за его внушительной внешности, хотя от старого солдата не ускользнуло, что Коллен не впервые надевает доспехи и, должно быть, успел послужить в армии. О его прошлом начальник охраны ничего не знал, да и не до этого сейчас было. Всех троих он поселил в сарае близ ворот, категорически запретив входить в хозяйский дом.
Крики и рев толпы становились все громче и слышнее. Коллен по-прежнему не сдвинулся с места.
— Чего ты ждешь? — не выдержал Гамет. — Торопись, иначе у тех двоих появится искушение прихватить и твою долю жалованья. А если ты задумал какую-то пакость, знай: в двадцати шагах за моей спиной стоят четверо верных солдат с заряженными арбалетами.
— Меня не волнуют деньги, — ответил Коллен. — Пусть забирают. — Он почесал в затылке и обвел глазами не слишком крепкие стены ограды. — И всего-то вас девять человек. Девять против сотни уличной швали, которая вскоре явится сюда. Не густо.
— Достаточно, чтобы разбить им носы и хорошенько шугануть. Пусть отправляются искать добычу в другое место.
— Ошибаешься, командир. Это не просто бунт уличного отребья. Все предрешено. Пожалуйста, можете сопротивляться, но это бесполезно. Просто мародерам понадобится чуть больше времени, только и всего. Да и крови прольется больше.
— Теперь я понимаю: ты оказался здесь не случайно. Руками таких, как ты, императрица упрощает себе дело. Может, ты рассчитывал, что мы услужливо распахнем ворота и перебьем всех, кто способен оказать сопротивление? Наверное, у тебя уже готов нож и про мою спину?
— Я здесь не по воле императрицы.
Гамет оторопел.
— Младшая дочь Паранов не пострадает, но при условии, что ты мне поможешь, — продолжал Коллен. — У нас слишком мало времени.
— Тавора торопится расправиться с родными? Сначала она позволила арестовать свою мать, а теперь очередь дошла и до младшей сестры?
— Возможности Таворы ограниченны. За каждым ее шагом следят.
— И что же уготовано Фелисин? Отвечай, Коллен, или как тебя там? — разъярился Гамет.
— Недолгая каторга на отатараловых рудниках.
— Что-о?
— Она не будет там совсем одна. Вместе с ней отправится тайный страж. Пойми, командир, выбор невелик: либо это, либо толпа, которая очень скоро может ворваться в ее спальню.
В мозгу Гамета возникла жуткая картина. Девять солдат, валяющихся в лужах крови. Убитые слуги с их наивными попытками загородить дверь спальни мебелью и своими телами. А потом… Фелисин останется наедине с беснующейся толпой.
— И кто же этот страж, Коллен?
— Я, командир, — улыбнулся он. — И звать меня, сам понимаешь, совсем иначе.
Гамет подошел к нему почти вплотную.
— Если только ей причинят вред, я найду тебя. Мне плевать, что ты коготь.
— Я не коготь. А что касается вреда… Обещать, что с головы Фелисин не упадет ни волоска, я не стану. Я ведь тоже, разумеется, не все смогу предотвратить. Будем надеяться, что она выдержит. Как-никак, порода Паранов.
Гамет вдруг понял всю тщетность своего недавнего стремления сражаться до последнего вздоха.
— Ты убьешь нас сейчас или позже?
— Кажется, арбалеты держат в руках твои солдаты, а не я, — парировал Коллен. — Я не собираюсь никого убивать. А тебя настоятельно прошу сопроводить нас с Фелисин в безопасное место. Нельзя допустить, чтобы толпа учинила над ней самосуд… Так я могу рассчитывать на твою помощь, командир?
— Хотел бы я знать, какое место ты называешь безопасным.
— Аллею Душ.
«Значит, туда? На площадь под названием Круг Правосудия. В цепи. На арестантский корабль. Да уберегут боги твою душу, Фелисин».
— Пойду разбужу девочку, — сказал он Коллену.
Казалось, Жемчуг напрочь позабыл о существовании Лостары. Склонившись над столом, коготь в который уже раз перечитывал разложенный на нем свиток. Прошло не меньше часа с тех пор, как адъюнктесса вместе с Гаметом покинули эту комнату. И все это время Лостара стояла возле двери, через которую они ушли. Наконец женщина не выдержала.
— С меня хватит! Верни меня под командование Тина Баральты! — в отчаянии потребовала Лостара.
Жемчуг даже не поднял головы.
— Как пожелаешь, дорогая, — ответил он и добавил: — К сожалению, в таком случае мне весьма скоро придется тебя убить. Раньше, чем ты успеешь о чем-либо рассказать своему командиру. Естественно, мне бесконечно жаль, но таковы уж неумолимые правила тайных встреч.
— И давно ты находишься в распоряжении Таворы?
Теперь коготь все-таки оторвал взгляд от свитка.
— С того самого момента, как она недвусмысленно заявила о своей верности императрице.
Он снова погрузился в чтение.
— Должно быть, эту часть вашего разговора я пропустила мимо ушей.
— Ничего удивительного, дорогая. Учись понимать между слов, ибо именно там зачастую и скрывается самое важное. — Жемчуг обворожительно улыбнулся. — Думаю, со временем ты освоишь это искусство.
