— А чем плохо? — огрызнулся малазанец. — Это они считают нас осажденными. На самом деле мы можем покинуть крепость хоть сейчас. Уйти по подземным ходам и выбраться вдалеке от этого места. Да вот только куда идти? Мы на чужой земле, где все жаждут малазанской крови.
— Вы знаете, как нынче обстоят дела в Семиградье? — поинтересовался Калам.
— Откуда нам знать? С тех пор, как ушли из Эрлитана, — никаких новостей. Да и многое ли изменилось за это время? Малазанская империя потеряла Семиградье, это и так ясно. Помощи ждать неоткуда, иначе нам давно бы прислали подкрепление.
— И все равно нам надо поговорить, — сказал Калам. — Не здесь, конечно. Я схожу за девчонкой, и мы полезем с вами наверх. Но при условии, что ваш маг выполнит мою просьбу.
— Этого мало, — возразил второй солдат. — Притащи нам сюда Ирриза. Мы немного потолкуем с этим напыщенным капралом.
— Капралом? — усмехнулся убийца. — Да будет вам известно, что он уже произвел себя в капитаны. Хотите его видеть? Я это устрою. Но пусть ваш маг опорожнит бочки. Я сейчас пришлю сюда девчонку. Смотрите не обижайте ее. И пусть кто-нибудь из вас дожидается меня. Я быстро.
— Годится.
Калам кивнул и отправился к осадной башне, где оставил Синну.
Юная отравительница воды не сбежала. Вместо того чтобы прятаться, она кружилась под башней в странном танце. Раскинутые в стороны руки мелькали, словно крылья громадного мотылька-накидочника.
Убийца негромко окликнул Синну. Та остановилась, затем подбежала к нему.
— Почему так долго? Я уж думала, что ты умер.
«И устроила нечто вроде погребального танца?» — мысленно усмехнулся Калам.
— Как видишь, живой. А на троих караульных твоя отрава уже подействовала. Задержался я потому, что из крепости спустились трое малазанцев. Зовут нас к себе. Похоже, у них там есть и еда, и питье. Я согласился.
— А как же завтрашняя осада крепости?
— Все отменяется. Я узнал, что малазанцы могут в любое время незаметно покинуть крепость. Путь в Рараку открыт — достаточно лишь убедить Добряка примкнуть к нам. А теперь пошли. Нас ждут.
Малазанцев по-прежнему было трое, но сейчас вместо одного из солдат вниз спустился взводный маг. Калам хмуро поглядел на него. В ответ чародей улыбнулся:
— Твоя просьба исполнена. Воды в бочках больше нет.
— Спасибо. Познакомьтесь, это Синна. Она не только ваша союзница, но еще и колдунья. Поднимайтесь наверх, а я за Ирризом. Больше меня дожидаться не надо. Я сумею подняться.
— Пусть тебе сопутствует удача Опоннов, — пожелал Каламу один из солдат.
Не ответив, бывший сжигатель мостов скрылся во тьме. Добравшись до своего шатра, он запустил руку в мешочек с бриллиантами, достал оттуда первый попавшийся и поднес его почти к самым глазам.
От самоцвета исходило тусклое сероватое свечение, позволявшее разглядеть неясные тени, плавающие внутри его граней. «Берегитесь теней, даже если они предлагают вам дары», — вспомнилось Каламу. Он вытащил обломок каменной плиты, подпиравшей стену шатра, и положил бриллиант на ее запыленную поверхность.
Костяной свисток, врученный ему Котильоном, висел на шее. Он поднес свисток к губам, припоминая наставления: «Дунь в свисток посильнее, и ты вызовешь их всех. Подуй осторожно, направляя внимание на того, кто тебе нужен, и ты вызовешь только его». Калам надеялся, что бог знал, о чем говорит.
«Было бы совсем хорошо, кабы эти игрушки не принадлежали Престолу Тени».
Наклонившись к бриллианту, Калам осторожно дунул в свисток, но никакого звука не услышал. Неужели Котильон его обманул? Убийца стал разглядывать свисток, и тут раздался негромкий треск. Бриллиант превратился в сверкающую пыль, откуда выплывала клубящаяся тень.
Так оно и есть! Азаланский демон! Земли этих существ граничили с землями апторианских демонов. Азаланы редко показывались людям на глаза. Кажется, они вообще не умели говорить. И как только Престол Тени ухитрялся управлять ими?
Тень выросла, заполнив собой пространство шатра. У азаланского демона было шесть конечностей, служивших ему одновременно руками и ногами, и горбатая спина с острыми шипами. Из-под темнокожего приплюснутого лба на Калама смотрели синие, совсем человеческие глаза. Из-за широкого рта с оттопыренной нижней губой казалось, что демон постоянно ухмыляется. Нос заменяли две дыхательные щели. По плечам до самого пола спускались иссиня-черные тонкие волосы. Калам не знал, какого пола этот демон и есть ли вообще у них пол. Могучее туловище перепоясывал затейливый ремень, на котором висели довольно странные предметы, даже отдаленно не напоминавшие оружие.
Эти демоны жили в лесу, и их короткопалые конечности были великолепно приспособлены для того, чтобы цепляться за ветви. Вниз они спускались, только когда их призывали… заманивали в ловушку, чтобы поработить и сделать узниками дымчатых бриллиантов.
«Я бы на его месте принялся немедленно крушить все подряд», — подумал Калам.
