— Первые? О, действительно. И потому трагически несовершенные. Лишены очищающей крови Отца Света. Они на редкость гнусные твари. Мы терпим Эдур, ибо они содержат нечто от Отца, но Анди… смерть от наших рук — единственная заслуженная ими милость. Но я устал от твоей грубости, Нежить. Я задал много вопросов, а ты не ответил ни на один.
— Да.
— И что это значит?
— Я соглашаюсь, что не ответил. И не чувствую потребности отвечать. Мой род повидал множество надменных тварей. Хотя опыт наш однобок: в ответ на наглость мы объявляли вечную войну, и они прекращали существовать. Я всегда верил, что Т'лан Имассы найдут нового врага, ведь недостатка в наглецах не предвидится. Возможно, вас, Тисте Лиосан, достаточно много в родном мире, чтобы мы развлеклись на время.
Воин смотрел, как будто лишившись дара речи.
Один из спутников засмеялся за его спиной: — Мало пользы в беседах с низшими тварями, Эниас. Они желают смутить тебя ложью, увести с праведного пути.
— Теперь и я вижу, — ответил Эниас, — ту отраву, о которой ты предупреждал, Малачар.
— Будут и другие на нашем пути, молодой брат. — Воин подошел к Онреку. — Ты назвал себя Т'лан Имассом, да?
— Я Онрек из Т'лан Имассов Логроса.
— Есть ли еще твои сородичи в этим разрушенном королевстве, Онрек?
— Я не ответил на вопросы твоего брата, почему бы мне отвечать на твои?
Лицо Малачара помрачнело: — Играйся с юным Эниасом, не со мной…
— Я закончил с вами, Лиосан. — Онрек вложил меч в ножны и отвернулся.
— Ты закончил с нами?! Сенешаль Жорруде! Если Оренас завершил процедуры, я смиренно прошу вашего внимания. Нежить хочет сбежать.
— Слышу тебя, Малачар, — прогудел сенешаль, делая шаг вперед. — Стой, Нежить! Мы тебя еще не отпустили. Расскажи все, что нам нужно, или будешь уничтожен здесь и сейчас.
Онрек снова повернулся лицом к Лиосан. — Если это угроза… то степень вашего невежества даже забавляет. Но я устал от тебя и всех вас.
Четыре скимитара угрожающе поднялись.
Онрек снова вытащил меч.
И замешкался, глядя на что-то за их спинами. Ощутив чужое присутствие, воины оглянулись.
Тралл Сенгар стоял в пятнадцати шагах, ящик с припасами у ног. Улыбка его была какой-то странной. — Кажется, это неравный бой. Друг Онрек, помощь требуется? Ну, можешь не отвечать, ибо помощь уже пришла. И прости меня за это.
Пыль взлетела перед Тисте Эдур. Миг — и на грязных камнях стояло еще трое Т'лан Имассов. Они уже приготовили оружие. Четвертый чужак возник справа и чуть сзади от Тралла. Этот отличался могучим сложением и необычайно длинными руками. С плеч свисала черная шкура, имевшая серебристый оттенок на рваном капюшоне Гадающего по костям.
Онрек позволил мечу уткнуться в камни мостовой. После обрыва связи с Ритуалом он мог общаться с пришельцами лишь словесно. — Я, Онрек, приветствую тебя, Гадающий, и узнаю в тебе логроса, каким и сам был раньше. Ты Монок Охем, один из назначенных охотиться за изменниками. Как и наша партия, вы проследили их путь в этот мир. Увы, из наших я один выжил после потопа. — Взор его сместился на троих воинов. Вождь клана, туго обмотавший тело, руки и ноги шкурами дхенраби, с зазубренным кремневым мечом в руках, звался Ибра Гхоланом. Двое других, вооруженных двулезвийными халцедоновыми топорами на костяных рукоятях, были Онреку незнакомы. — Приветствую тебя, Ибра Гхолан, и встаю под твою команду.
Гадающий Монок Охем прошагал к нему тяжелой, подпрыгивающей походкой. — Ты отпал от Ритуала, Онрек, — сказал он с привычной резкостью, — и потому должен быть уничтожен.
— Эту привилегию готовы оспорить, — отвечал Онрек. — Эти всадники — Тисте Лиосан, они видят во мне пленника, с которым могут делать что захочется.
Ибра Гхолан жестом подозвал воинов; все трое двинулись к Лиосан.
Сенешаль подал голос: — Мы отпускаем пленника, Т'лан Имассы. Он ваш. Наша ссора окончена, так что мы уезжаем.
Т'лан Имассы остановились, Онрек чувствовал их недовольство.
Командир Лиосан мельком поглядел на Тралла. — Эдур, пойдешь с нами? Нам нужен слуга. Простой поклон мы сочтем согласием на щедрое предложение.
Тралл Сенгар покачал головой: — Что же, я впервые такое слышу. Но, увы, я пойду с Т'лан Имассами. Вижу, это вас огорчит, и потому предлагаю для разнообразия вам самим стать слугами. Я сам получил много уроков смирения, Тисте Лиосан, и чувствую — вашему роду будет от них польза.
Сенешаль холодно улыбнулся: — Я запомню тебя, Эдур, — и поспешно отвернулся. — На коней, братья. Мы покидаем этот мир.
Монок Очем сказал: — Это может оказаться труднее, чем вы думаете.
— Никогда прежде мы не встречали трудностей, — отозвался сенешаль. — Здесь имеются скрытые преграды?
— Этот садок — разбитый фрагмент Куральд Эмурланна. Думаю, ваш род оставался в изоляции слишком долго. Вы ничего не знаете о других королевствах. О Раненых Вратах. О Властителях и их войнах…
— Мы служим лишь одному Властителю, — рявкнул сенешаль. — Сыну Отца Света. Наш владыка — Озрик.
Монок Охем чуть склонил голову к плечу: — И давно ли Озрик появлялся среди вас?
Все четверо Лиосан явственно вздрогнули.
