В семье бывших эмигрантов происходили настоящие потрясения. Лидия подозревала мужа в измене, хотя Питер не давал ни единого повода. Ей не нравилось, что Питер проводил много времени у Трейнджов. Эта двадцатиоднолетняя девчонка вскружила голову всем: и мужу, и сыну. Эта рыжеволосая девица не знает рамок приличия и совсем не следует общепринятым правилам. Недавно она отстригла волосы, сделав модную короткую стрижку, по утрам Мария завивала упругие локоны, отчего была похожа на милую девочку, только Лидия понимала, что внешность обманчива.
Мария постоянно всем улыбалась, раздаривала комплименты и слова благодарности и иногда давала советы. Лидия все не могла забыть, как она тогда унизила Верочку, и при каждой встречи давала понять, что та слишком избалована. Но позже ее удивило то, что Мария и Вера сдружились, и ее маленькая Верочка стала меняться, копируя подругу.
Но не только Мария беспокоила ревнивую натуру Лидии, но и две леди Грандж. Урсуле было уже восемнадцать, и Фредерик обращал и на нее внимание, но Урсула этого не замечала. Она смотрела только на Артура, а тот в это время предпочитал короткие любовные связи, хотя по-прежнему был влюблен в Урсулу.
Девушка была красива и образована, но, как и многие, она стала следовать вульгарной моде, введенной американской актрисой Ирэн Касл, что из-за болезни состригла локоны. Урсула, следуя моде, делала яркий макияж, только не выщипывала брови, считая их и так идеальными. Поведение ее тоже соответствовало моде: она курила длинные женские сигары, громко смеялась и напевала модные глупенькие песенки о свободе и новом мире. Фредерик жадно ловил ее слова. Как-то летом, когда все были приглашены к Гранджам, Лидия увидела в саду целующихся Артура и Урсулу. Артур — пылко, она — тихо смеясь под его губами.
— Ты меня позвала, наконец-то, — услышала Лидия. — Милая моя, я так люблю тебя.
— Что мы будем делать? — испуганно спросила Урсула.
— Подождем окончания войны, следующего года, дорогая. Ты можешь ждать? — он гладил ее скулы.
— Могу, — она кивнула ему, начиная гладить его лицо.
— Я поговорю с твоим отцом. Нам нужно на что-то жить, я ведь простой хирург в госпитале и простой аптекарь, — она пожала плечами, но он так и не сказал ей главную свою тайну. — Только после войны, она скоро закончиться.
Вечером, за ужином, Лидия решила сказать все герцогу, Урсула была глупенькой, но могла стать неплохой женой ее сыну, а Верочку можно было бы женить на Викторе, все-таки его сестра — жена лорда. Она странно посмотрела на Артура и Урсулу.
— Рамсей, сегодня я прогуливалась по вашему скромному садику и увидела нелицеприятную сцену. Один молодой человек, а вернее, мистер Йорк, целовал вашу дочь, это крайне неприлично, учитывая ваше... — Рамсей ее прервал, на его лице сияла улыбка, чего так не ожидала Лидия.
— Ну наконец-то, я думал, не дождусь этого уже никогда. Артур, Урсула, я очень рад за вас. Вы любите друг друга? — Рамсей улыбался.
— Да, Рамсей, вы должны кое-что узнать обо мне. Я — барон Уэсли, — все посмотрели на Артура, Рамсей перестал улыбаться, а Урсула счастливо вздохнула. Виктор лишь только молил, чтоб друг не выдал его тайны, Мария сжала руку мужа и брата одновременно. — Я — Артур Йорк, барон Уэсли из Антрима. Мой отец был банкиром, и у меня большой счет в банке Швейцарии. Но я простой хирург и аптекарь.
— Почему ты столько лет молчал? — Рамсей снял очки. — Хотя я догадывался. Но я все равно восхищен твоей работоспособностью и всегда относился к вам как к сыновьям. Все сложилось так, что я даже мечтать не мог. Вы любите друг друга?
— Мы не будем торопиться, — сказал Артур. — Пусть закончиться война, а потом будет видно.
Все были только рады. Мария и Вильям поздравили их. Джейсона потрясло, что в свои двадцать два Артур уже был готов жениться, а Фредерик на упреки матери ответил, что Урсула привлекала его как человек, и не более того.
— Рад за вас, — сказал он Артуру, когда они пришли к себе на Тюдор-стрит.
— Я не мог сказать правду о тебе, — ответил Артур, — ты же мой друг. Ты-то сам готов жениться?
— Наверное, нет. Изабелла — милая девушка, но не она моя судьба.
С Изабеллой Керн он познакомился полгода назад, та работала в книжном магазине. Эта тоненькая блондинка с ослепительными зелеными глазами покорила его. У них была глубокая любовная связь, но не один из них не хотел брака, в этом и заключалась прелесть их отношений.
— Что ж, значит, я первый нашел себя, — усмехнулся Артур, вспоминая свою теория о половинках. И только обретя половинку, мы находим себя.
