— Это упрек? — он разлил чаю с мятой. — Меня воспитали так, что женщина не лезет в дела мужчины.
— Не знала, что ты такой. Виктор другой, — она отхлебнула чаю, смотря поверх чашки на него.
— Виктор? Ты не знаешь настоящего Виктора, — Артур замолчал, а потом добавил: — Виктор не скрывает ничего только от Марии.
— Все вы такие мужчины, — она тяжело вздохнула. — Я думала, после этой ночи ты меня впустишь в свое сердце.
— Я и так много открыл тебе, — это был как выпад шпаги, почти ранивший ее.
— Даже ребенок ничего не изменит? Сколько еще ты будешь от меня бегать? — Урсула укуталась в простыню.
— Ты ничего не понимаешь, — она поднялась, в ее глазах плескался гнев, как во время сильного шторма, зеленые радужки потемнели, кажется, она была готова хлопнуть дверью, не сказав ничего.
— Я поеду к Аманде, — вдруг произнесла она.
— Хорошо, — согласился он, молча смотря, как она одевается. Урсула собралась быстро, последний раз посмотрелась в зеркало. — Когда ты приедешь?
— Не знаю, может, завтра, — она пожала плечами, кладя в сумочку ключи от квартиры. — Мне надо время, чтобы подумать, как нам жить дальше.
Она приехала на Оксфорд-стрит, где находился магазинчик Аманды. Всю дорогу она думала над поведением мужа. Может, он просто ее не любит и поэтому скрывается за маской холодного человека? Хотя кто поймет этих надменных ирландцев, они скрытные и предпочитают все держать в себе. Он был не прав: Виктор — открытый человек, он многим делился, особенно с ней. Только она знала причину разлада в его семье, знала, почему он не женится. Но Артур остановил свой выбор на пути секретности.
Несколько дней она провела у сестры, а потом вернулась домой. Артур не понимал перемены в ней. Пропала открытость, она перестала интересоваться им, все больше увлекаясь подругами и его друзьями. Она то притягивала, то отталкивала, не хватало ее нежности, все, что она предлагала – играть по его правилам. Неужели жена поняла, что ей не пробить брешь в его крепости, и согласилась стать такой, какой просил он. Все это со стороны виделось многим естественным, он же считал это странным.
Виктор на сей счет только смеялся, говоря, что его не понять: то он мечтает, чтобы его жена была лишь приложением мужу, то он бесится, что она решила стать такой, какой он пожелал видеть ее. Они отдалялись друг от друга, он терял ее, а она соглашалась с тем... Пойти на край пропасти и сделать один лишь шаг, чтобы полететь вниз, позволив ему разрушить брак. Ее беременность лишь обнажила то, что, их разум пытался не признавать и тщательно прятать от самих себя.
— Тяжело признать, что ты не прав, особенно мужчине, они еще ранимее, чем мы, дорогая, — ласково говорила Джорджина, когда мать и дочь оставались одни.
— Если ты виновата? — спрашивала Урсула, каждый раз смотря на мать с восхищением.
— Тогда сделай все, чтобы мужчина извинился перед тобой.
— Ну, а если и это не поможет? — Урсула внимательно изучала мать.
— Тогда его следует оставить. Мужчины творят историю, а мы, женщины, по сути, только направляем их, а потом незаметно уходим в пустоту. В этом мире власть у них, прошли времена, когда от женщины зависело почти все. Но такие женщины, как мы, обязаны изменить мужчин.
Мир и в правду менялся, женщины постепенно стали добиваться многого. Они стали более независимыми, но при этом мужчины по-прежнему крепко держали их, несмотря на то, что одна из цепей сломалась. Что можно мужчине, непозволительно женщине, тем более леди.
В тот вечер Артур пришел поздно, от него пахло виски и дешевыми женщинами, он думал, так он вызовет ее ревность, и он этого добился, только вот она ожидала, что спустя какое-то время он будет валяться у нее в ногах и просить прощения. К сожалению, этого не произошло.
— Уходи, — лишь молвила она после тяжелой ссоры, первой их серьезной ссоры.
— Это мой дом, — парировал он, она поняла, он не считает себя виноватым: это она виновата, что слишком пренебрегала его обществом.
— Тогда уйду я, — произнесла она, вспоминая слова матери.
— Я не позволю тебе это сделать! — он перешел на крик. — Пока ты ждешь моего ребенка!
— Я тебя ненавижу, — в сердцах бросила она. — И я все равно уйду! — она не стала даже собирать вещи, просто тихо накинула пальто и скрылась в ночи.
Когда прошел дурман в голове, он осознал, как сильно ее обидел, наговорив множество глупостей, дав понять, что она его собственность. «Разве гордая Урсула сможет такое простить», — спрашивал он себя весь день. Он так и не понял, что за человек его жена. Она была храбрая, и такой ее воспитал вовсе не отец, а мать, которая умерла девять лет назад, это она научила ее так думать. Урсула не боялась говорить правду, всегда стойко встречала препятствия, шла навстречу трудностями с вздернутым носиком, загадочно бросая взгляды на других, тем самым показывая свое превосходство. Он так ее и не понял, он думал, что она останется, но она просто оставила его. Артур догадывался, что она у отца, и поэтому он решился посетить Рамсея.
