– Но я ведь права, Нур? Люмин влюблен в тебя.
– Я так думаю, – сказала я, впервые признав это вслух.
– Зато я это
Я позволила своему платью упасть и съежилась, когда увидела темно-синие лоскутки ткани, что принесла Кеви:
– Что это такое?
– То, в чем ты сможешь поплавать. Для этого не нужно много ткани, Нур. Вода утяжелит одежду и потянет тебя на дно.
– Но это даже не выглядит как одежда.
Кеви рассмеялась:
– Подожди и увидишь. Подними руки.
Кеви подождала, пока я вытяну руки, а затем сложила ткань, утолщая ее. Она обмотала кусок вокруг моей груди, туго завязав его на спине. После чего танцовщица снова сложила чуть больший кусок пополам и обвязала его вокруг моей талии.
– Он едва прикрывает мой зад! – ахнула я шокированно и наклонилась, чтобы проверить правдивость собственных слов.
– Так и есть, – игриво ответила Кеви. – Ты выглядишь божественно, Атена. Люмину понравится, вот увидишь.
– Келум убьет Берона, если я пойду купаться с ним в этом.
Кеви пожала плечами:
– Тогда пригласи его пойти с собой.
– Он занят.
Она понимающе усмехнулась:
– Он отложит все дела, когда увидит тебя в этом.
– Я хочу пригласить Келума, – сказала я Берону, когда вышла из комнаты Кеви и направилась дальше по коридору. Он быстро поблагодарил ее и поспешил за мной.
Брат Люмина бросил один взгляд на то, во что я была одета, и застонал.
– Ты не можешь разгуливать по коридорам в подобном наряде. Он убьет меня! – сокрушался Берон.
– Это
На мне не было ничего, кроме мало что прикрывающей одежды для плавания, но я не видела в этом проблемы. Я нисколько не стыдилась своего тела.
Берон потер переносицу, которую раньше явно ломали.
– Отведи меня к нему, Берон, или я улыбнусь следующему попавшемуся на глаза стражнику, взмахну ресницами и попрошу его проводить меня.
Берон тихо выругался.
– Ну ладно. Следуй за мной.
Он повел меня обратно на первый этаж к двойным дверям, на которых были выгравированы Люмосы, поднимающиеся над водой, – поразительное сходство с тем зрелищем, что я видела этим утром. Берон постучал. Я позволила своим пальцам скользнуть по неровностям, гребням и впадинам рисунка, пока дверь не распахнулась. Келум стоял на пороге, удивленно рассматривая меня. Его взгляд скользнул вниз и вернулся обратно, к моему лицу.
Я как-то читала, что лед может быть таким холодным, что обжигает кожу того, кто до него дотрагивается. Обжигающий лед был для меня парадоксом. Я не верила, что подобное возможно, пока не увидела, как ледяные голубые глаза Келума вспыхнули серебряным пламенем, и не почувствовала исходящий от него прохладный воздух, как снег в горах, которые, как он думал, я не смогу растопить. Теперь я верила, что во мне достаточно огня для этого…
Я выпрямила спину.
– Я хотела пригласить тебя поплавать с нами.
Келум бросил на брата взгляд, как будто только сейчас заметил его присутствие.
– Она собирается плавать. В океане.
Берон прочистил горло:
– Да.
– С тобой?
И Берон снова ответил:
– Да.
– В этом наряде?
Я скрестила руки, и внимание Люмина переключилось на мою приподнявшуюся грудь.
– Что именно не так с моим нарядом?
Двое мужчин, близнецы, показались за спиной Келума и помахали мне.
– Здравствуй, Атена, – сказал один, ухмыляясь. Их глаза оценивающе скользнули по мне, и я выпрямилась. Возможно, Кеви была права – эти обрывки ткани были скорее оружием, чем одеждой.
Я помахала в ответ.
– Ты… – начал Келум.
Я подняла руку, приказывая ему замолчать. Достаточно. Я хотела поплавать, так и сделаю. Если он слишком занят и не может пойти с нами, я не против.
– Берон собирается научить меня плавать. Если ты слишком занят, мы можем увидеться позже.
Я пошла прочь от комнаты с красивой дверью, Берон последовал за мной.
– Ты хоть представляешь, что ты только что сделала? – прошипел он.
– Что же?
– Ты унизила Люмина. Перед его советом.
Я замедлилась.
– Каким советом?
– Келум собрал группу людей из разных регионов и слоев общества. Он обсуждает с ними важные вопросы королевства.
– Почему?
Мой отец никогда не спрашивал чужого мнения. Он не заботился ни о ком, кроме себя самого. Он был правителем, как и Келум. Так почему же Люмин нуждался в ком-то еще?