– Да уж, – согласилась Сунита. – Правда, сегодня Нико пьет еще и за меня.
К нам подошла Карли. Сунита подала мне стакан шипучего вина.
– У меня тут маленький презент, – сказала она, вручая мне подарочную сумку. Я осторожно развернула пакеты: блузка нежного, кремового цвета с голубым и ожерелье в тон.
– Спасибо, Суни, – поблагодарила я, обняв ее.
– Покупать одежду для других гораздо приятнее, чем пытаться найти что-нибудь такое, во что я смогу влезть.
– И маленький подарок от меня, – сказала Карли, передавая мне аккуратный синий пакет.
Внутри оказались хорошенький альбом для вырезок и иллюстрированная книга с интерьерами в старинном стиле. Я прожужжала Карли все уши, рассказывая об этой книге.
– Я подумала, что этот альбом может пригодиться для набросков и всякого такого, когда ты будешь планировать интерьеры в своем коттедже.
– Чудесная идея, – восхитилась я, обнимая ее. Пролистав книгу, я ощутила волнение: скорей бы добавить свои штрихи и индивидуальные детали, которые действительно сделают коттедж нашим домом!
– Школа Святой Екатерины никогда уже не будет прежней, – сказала Карли. – Я все еще не могу поверить, что ты действительно уходишь.
– Мы будем всего в часе езды, и у нас там полно места, так что вы обе сможете погостить. Устроите себе загородную поездку на выходные.
– Так много перемен сразу! – заметила Карли. – Почему вам всем так хочется изменить свою жизнь? Вот меня все вполне устраивает.
– Пока! – попрощалась я с гостями, когда мы с Джеком уходили после полуночи. Вечер прошел чудесно, мы веселились, общались со старыми друзьями и строили планы, как они приедут к нам в гости за город.
Слегка уставшие, мы возвращались домой, вспоминая подробности вечеринки.
– А в сентябре… – сказал Джек.
– Мы уже устроимся в нашем новом доме! – взволнованно подхватила я. Меня не огорчало, что нам предстоит вернуться в квартиру, заваленную картонками: мы уже начали готовиться к новой жизни.
– Не могу дождаться, – с улыбкой произнес Джек. – Сначала я подумал, что ты сошла с ума, но теперь отдаю тебе должное. Это была хорошая идея.
– Рада, что ты так говоришь. А когда я снова устроюсь на работу, все будет совсем чудесно. – Я улыбнулась ему. Да, какое-то время нам придется туго, но пути назад нет. С тех пор как я подала заявление об уходе, я ощутила свободу, и мне стало легко. Хотя мне только что стукнуло тридцать, я чувствовала себя моложе, чем когда-либо.
Когда мы вернулись домой, Джек вынул свой мобильник и положил на столик. Мы уже готовились ко сну.
Я заметила, что у него есть сообщение.
– У тебя сообщение, – сказала я, надевая пижаму. Оказывается, я надела штаны задом наперед.
– В самом деле? – сказал он. – Вообще-то я весь вечер не проверял мобильник. Вероятно, это с работы.
Он взял мобильник, чтобы проверить сообщение. Я надела пижамную куртку и медленно застегнула пуговицы, все еще ощущая радостное волнение после нашей вечеринки. Меня растрогали подарки, которые выбрали для меня Сунита и Карли. Пока что я не видела ничего ужасного в своем тридцатилетии.
– Черт возьми! – сказал Джек, до конца прослушав сообщение на автоответчике. – Вот дерьмо! – добавил он.
– Что? Что такое? – спросила я испуганно.
Он положил телефон.
– Это из банка. Сообщение пришло сегодня днем. Плохие новости.
– Я так и знала, – сказала я. Сердце бешено колотилось. – Что случилось?
– У нас проблема.
Я задохнулась. Этого не может быть! Мы же переезжаем. За город. И в нашу квартиру въезжают. Все организовано, все готово.
Джек посмотрел на меня.
– Они пересмотрели наше заявление о ссуде в свете твоей отставки. Его не утвердили.
Сидя с кружкой чая в одной руке и двумя таблетками парацетомола в другой (я маялась от похмелья), я обвела взглядом кухню: облупившиеся шкафчики, облезлый серый линолеум и крошечные окошки, выходившие на железнодорожные пути. Я чуть не расплакалась.
Каким же образом наша мечта о загородном коттедже рухнула вот так, в одно мгновение? Только что мы готовились переехать в коттедж, где, как я знала, будем по-настоящему счастливы – и вот мы снова у разбитого корыта.
Какие варианты есть у нас с Джеком сейчас, когда коттедж уплыл у нас из рук? Отменить продажу нашей квартиры и остаться в Хэкни, хотя теперь меня здесь ничего не удерживает? Отказать нашим покупателям, рискуя, что не найдем новых?
Мы с Джеком провели в постели беспокойную ночь. Я грызла себя: ну что мне стоило потерпеть еще одну четверть? Могло бы нам сойти с рук, если бы мы не сообщили банку о моем уходе с работы? Наш коттедж – дом, созданный для нас, – теперь недоступен, а через два месяца мы потеряем и нашу квартиру. Если не принять решение немедленно, кончится тем, что мы станем бездомными.
Правда, сегодня у меня не было возможности хандрить дома, вероятно, к лучшему. Я договорилась встретиться с Суни на Оксфорд-стрит в десять, так что надо было поторапливаться. Ей нужно было помочь с покупками для беби, и она обещала после этого угостить меня вафлями в кафе на Джон-Льюис. За вафли я готова сделать что угодно.
