– С деньгами понятно, – вздохнул Матвей и посмотрел на брата осуждающим взглядом мамы хорошего еврейского мальчика, Миша даже потупился. – Почему не отпросились у Альбины? Не дождались нас. Меня, папу, Розу, кого-то из старших?
– Тогда это был бы не сюрприз! – пропела Олеся. – И мы же за минуточку успели. Раз! И мы в лагере!
– Нельзя уходить без разрешения. Нельзя ходить без взрослых. Мы говорили с тобой об этом! – начала Альбина. – Мама волновалась за тебя, за всех вас!
– Но… – Олеся потупилась.
– Будешь наказана! – отрезала Альбина.
– Тогда всех и наказывайте! – сделал шаг вперёд Даниил.
– Да, всех! И меня! – поддержала Светик.
– Ну, с наказанием разберёмся, – проговорил Матвей. – Вы поняли, что вы сделали неправильно?
– Ушли без спросу и без взрослых, – Олеся горько вздохнула. – Мы больше так не будем. Даже на минуточку…
Альбина тут же кинулась заканчивать ужин, к ней в помощь были приставлены Сёмка и Рома. Матвей в стороне проводил воспитательную беседу с Олегом и Серёгой Витальевичем, а Роза смотрела по сторонам, заново разглядывая быт и обитателей лагеря. И Розенберг М, придирчивый, дотошный, уже не казался занудным и слишком требовательным. Сколько всего надо предусмотреть, предвидеть, спрогнозировать. Один день не было Матвея, и одни отправились смотреть след йети, забившись на тысячу рублей, которой ни у того, ни у другого нет, а вторые решили сделать сюрприз. А если детей двадцать, сто двадцать или двести двадцать? Как Матвей справляется и почему не сошёл с ума? Или сошёл, раз выбрал своей специальностью работу с подрастающим поколением?
После ужина притихшие дети уселись за стол и стали играть в настольные игры, к ним присоединились все, кроме Матвея и Михаила. Последний помогал Альбине прибраться, и Роза отметила, что с поварёшками мужчина явно на «ты». Альбина была бледная, скованная, не похожа на себя абсолютно. Словно, пока младшие совершали вылазку за мёдом, её подменили инопланетяне или тот самый йети, на следе которого «рубят бабло с лошков». И сейчас по кухонной зоне слонялась оболочка Альбины, кажется даже, не такая и красивая… Худая, тонкокостная, высокая блондинка, без глянцевого налёта и СПА-полировки.
Так и просидела Роза, не шелохнувшись, до самого отбоя. Вдруг поняла, что эти несколько часов тишины среди царства леса, уходящих ввысь деревьев, душистых трав, скал, нависающих, кажется, совсем рядом, пения птиц, журчания ручья, даже шуршания букашек в траве – и есть тот самый отдых, который был ей необходим. Её личная перезагрузка.
Не заметила, как рядом присела Альбина, сестре тоже, видимо, требовалась перезагрузка, она молча смотрела в одну точку, и даже не было слышно, как дышит.
– Милая, – раздался голос Миши. Он встал над Альбиной и смотрел сверху вниз, и в этом случае, речь шла вовсе не том, что Альбина сидела. Если бы на разборном стуле сидел Михаил, а Альбина стояла – эффект был бы такой же. – Пойдём со мной.
– Что? – Альбина нахмурилась.
– Приподнимай попу и иди за мной, – сказал Михаил таким спокойным тоном, что Розе стало не по себе. Она бы точно не пошла. Да что там, убежала бы, или наоборот, ударила.
А Альбина встала и поплелась за Михаилом куда-то к реке, не в сторону открытого песчаного пляжа, а в сторону лесистого берега с зарослями самшита, покрытого мхами и лишайниками.
Роза оглянулась в поисках Матвея, тот подмигнул, а чуть позже подошёл, когда парочка затерялась в темноте и густых зарослях. Дети, что средние, что младшие, отправились спать, Олег слонялся без дела по лагерю, а златокудрый залипал в телефон.
Матвей присел рядом и мягко поцеловал Розу, при этом настолько неожиданно, что Роза пискнула.
– Тш-ш, – послышался шёпот в губы. – Соскучился.
И продолжил целовать. Роза поначалу пыталась оглядываться по сторонам, никто из взрослых будто не замечал их. Как и не заметили, когда Матвей мягко потянул Розу в сторону своей палатки.
– Что ты делаешь? – прошептала Роза, уже сидя в палатке.
– Легализую нашу связь, лягушонок. Только легализоваться придётся максимально тихо. Ты против?
– А… тогда понятно, – Роза кивнула. Против она не была. И на максимально тихо тоже согласна. Кто же откажется, точно не она. – Может, ещё и женишься?
– Я почти уверен в этом, – почему-то ответил Матвей.
Роза не стала задумываться – почему. В это время она лежала на спине, а сверху нависал самый потрясающий мужчина, которого способна создать природа или господь бог, как кому угодно думать, и осыпал ее такими сладкими поцелуями, что впору было завизжать от счастья или застонать от похоти, но она стойко молчала, пытаясь контролировать даже своё дыхание…
Роза сидела на кровати в десятом домике, накинув на плечи простыню, и попивала какао, то самое, из Доминиканы, самое сладкое, насыщенное, ароматное, настоящее. Как и мужчина, лежащий рядом, рассказывающий о соревнованиях и учениках. Розе казалось, что она даже стала разбираться в основных понятиях, запомнила имена спортсменов, друзей, коллег и некоторых учеников. Даже график соревнований и немного – правила.
