Сёмке и Роме доставалось меньше тренерской «любви», при этом в глазах мальчишек читался едва ли не первобытный трепет перед старшим тренером, хотя основным наставником у них был Серёга Витальевич. Младшие – Даниил, Светик и теперь Олеся, вошедшая в компанию «русского богатыря» незаметно и настолько гармонично, что Роза так и не успела начать этому удивляться, – получали задания от Олега – при этом Матвей всегда строго следил за ним, – и всегда по силам и возможностям. Учитывалось всё – рост, вес, пол, физические способности.
– Из моих двухсот гавриков в большой спорт пойдут, дай бог, двадцать, – говорил Матвей. – Моя задача не навредить, не сломать на первом этапе, увлечь спортом, здоровым образом жизни, перенастроить мозги на правильное понимание, трудолюбие, целеустремлённость, ну, а если кто-то пройдёт отбор, тут уж держись. И парень или девочка, и тренер.
– Альбина отдавала Олесю на фигурное катание, говорит, там сразу строго, две тренировки в день, соревнования, прямо олимпийских чемпионов с младых ногтей выращивают.
– Есть спорт, где и требуется с младых ногтей. Физиология, психология учитывается. В спортивной гимнастике лучшие результаты показывают девочки, пришедшие до пяти лет, то же касается художественной. Или той же хореографии. Самбо раньше занимались с двенадцати лет не просто так, это силовой, опасный вид спорта, сейчас время изменилось, экономическая ситуация требует, а то и орёт в ухо. Мы перестроились, соревнования для самых маленьких, тренировки с пяти лет, но ломать малышню – это не ко мне. Даже если природа видна с младенчества, как у Даниила – не ко мне.
– У Даниила? – Роза удивилась. Даниил – худенький, робкий, вдумчивый, мечтательный мальчик, – и природа для борьбы?
– У Даниила. Этой осенью попробуем первые соревнования, поборется для себя. Преодолеть себя, свой страх, вот что важно на данном этапе.
– Ого, – только и смогла ответить Роза. В детях она не разбиралась, в спорте тоже, тем более в борьбе, будь это самбо, дзюдо, даже кунг-фу – её познания дальше мультика не ушли.
А ещё Матвей начал ухаживать за Розой, самым настоящим образом. Поначалу она даже растерялась от незначительных, но приятных презентов. Как только находил время и возможности? При этом подарки всегда были нужные, настолько кстати, что Роза терялась, а потом начинала таять, как эскимо на солнце. Разве возможно, чтобы мужчина был настолько внимательным и предусмотрительным? Нет, конечно! Но Матвей таким и был.
Когда у Розы перестал работать компьютер на ресепшене, демонстрируя надпись, гласившую откровенную хрень, которую Роза была не в силах понять, Матвей каким-то чудом нашёл парнишку, тот быстро разобрался с проблемой и не взял деньги. Впрочем, в альтруизм парня не очень-то верилось, а во внимательность Матвея – с радостью. Когда Роза устала настолько, что кажется, перестала соображать, в её руках появилась шоколадка, а вместе с ней заряд бодрости и жизненных сил.
Они даже выбирались в город, в кино! На вечерний сеанс! Роза была в неописуемом восторге. Казалось бы, малость, кто-то ходит в кинотеатры каждые выходные, а для Розы это стало настоящим событием. Она сидела на последнем ряду, рядом сидел Матвей, держа в руках большой стакан попкорна, куда ныряла Роза, не отводя глаз от экрана, несмотря на то, что фильм был откровенно слабенький, нашпигованный пафосом и ляпами.
А потом они бродили по городу, держась за руки, как школьники, и именно так себя Роза и ощущала – впервые влюблённой школьницей. Правда, по мере того, как Рав-4 уносился дальше от города, приближаясь к курортной зоне, школьное настроение улетучивалось. Салон машины становился тесным от флюидов, кружащих голову, пульсирующих в висках и низу живота. Матвей почти не целовал в тот вечер Розу, и в машине говорил на отвлечённые темы, а то и молчал, а Розе было достаточно того, как он смотрел. Прожигая взглядом, заставляя пылать щёки, искриться кожу, пускать электрические импульсы по рукам и ногам в кончики пальцев. Простреливая острым желанием в груди и внизу живота, отзываясь тягучим томлением.
Всю дорогу Роза боролась с собой, чтобы не остановить машину и не затащить Матвея в ближайшие кусты, хоть и была уверена, что он не откажется.
Как только загнала Рав в гараж и выпрыгнула наружу, тут же попалась в ловушку Матвея, его губ и рук. Губы впечатались в губы, язык тут же захватил инициативу, Роза отвечала, хватаясь за плечи, пытаясь вжаться в горячее тело как можно теснее, в то же время расстегнуть пуговицы мужской рубашки, чувствуя, как по спине сбегает рука и тянет за собой собачку молнии платья, которая заканчивалась ниже поясницы. Упасть платью не позволил Матвей, оно скользнуло вниз и было поймано им, Розе осталось только переступить через ткань, а потом заняться рубашкой Матвея ее стаскивая по плечам, так же ловя ткань, не позволяя ей упасть.
